Сочинение Образ Ноздрева в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»

В поэме Николая Васильевича Гоголя «Мертвые души» перед нами проходит целая галерея помещиков, каждый из которых — это не просто человек, а живая, почти карикатурная картина определенного порока. Есть здесь и сладкий до приторности Манилов, и тяжелая, как медведь, дубина Коробочка, и хищный, цепкий Собакевич. Но среди них особенно ярко и шумно выделяется фигура Ноздрева. Это не просто помещик, это, как говорит сам Гоголь, «исторический человек». Что же это значит? А то, что Ноздрев везде и всюду умудряется вляпаться в какую-нибудь историю, скандал, драку или авантюру. Он — человек-шум, человек-фейерверк, который вспыхивает громко, ярко, но очень быстро гаснет, не оставляя после себя ничего, кроме дыма и гари.
Когда мы впервые встречаем Ноздрева в трактире, он производит впечатление человека, лишенного всяких тормозов. Он «ломается», мелет языком без умолку, тут же начинает рассказывать небылицы, которые сам, кажется, начинает принимать за правду. Он готов расцеловать первого встречного, назвать его «душенькой», а через минуту обругать последними словами и полезть в драку. Его внешность обманчива: он свеж, черноволос, румян, полон жизни. Кажется, что это здоровое, бьющее через край начало. Но это только кажется. Вся эта энергия уходит в пустоту, в разрушение. Он не строит, не созидает, не накапливает. Его главная страсть — карты, кутежи, собаки и лошади. Но и здесь он не знает чести: он шулер, он постоянно мухлюет, из-за чего его регулярно бьют. И это не порождает в нем никакой обиды или желания исправиться. Ноздрев, как перекати-поле, катится по жизни, ни за что не цепляясь душой.
Самое удивительное, что Ноздрев — прирожденный лжец. Его ложь не корыстна, как у Хлестакова, и не зла. Он врет просто потому, что не может молчать. Врет вдохновенно, самозабвенно, сочиняя на ходу целые истории. Он рассказывает Чичикову, как у него в пруду ловилась такая рыба, что два человека с трудом вытаскивали одну штуку. Он показывает своих собак, давая каждой человеческое имя и кличку, и утверждает, что это лучшие псы в мире. Он врет о том, что его лошадь стоила десять тысяч, а купил он ее за две. Эта ложь — не средство обмануть ближнего, это способ существования. Ноздрев жив, пока врет. Его мир — это постоянный карнавал, где все можно, где границы между правдой и вымыслом стерты.
Но есть в этой безудержной стихии и что-то отталкивающее, почти звериное. Когда Чичиков приезжает к нему в усадьбу, мы видим, каков его быт. Имение в полном запустении: поля — в ямах, мужики — пьяницы, в доме — полный хаос. Посреди кабинета стоят козлы, на стене висят сабли и ружья, на полу — огрызки хлеба и засохшая икра. Ноздреву нет дела до хозяйства. Он весь в стихии бесшабашного веселья и вранья. Его подлинная стихия — это собачья псарня. Он буквально «отец среди своего семейства», как пишет Гоголь, но «семейство» это — собаки. Он возится с ними, нюхает их, называет их драгоценными. И в этом есть глубочайшая символика. Человек, порвавший все связи с настоящей жизнью, с хозяйством, с семьей, заменяет все это собачьей стаей. Он сам становится похож на собаку — шумного, ненасытного, кусачего пса, который лает на всех подряд.
Сцена, в которой Ноздрев уговаривает Чичикова купить мертвые души, — это вершина его натуры. Чичиков ведет себя осторожно, застенчиво, нелепо. Но Ноздрев не может просто договориться, как с normalьным человеком. Ему нужно все превратить в игру, в торг, в авантюру. Он пытается навязать Чичикову шарманку, породистого щенка, хомяка — все это в обмен на мертвые души. А когда Чичиков упрямится, Ноздрев приходит в ярость. Он начинает орать, обвинять его в непорядочности, решает играть на души в шашки. И здесь его вторая натура — шулера — проявляется во всей красе. Он пытается мухлевать даже в безобидных шашках. И когда Чичиков это замечает, следует скандал, драка, и только появление капитана-исправника спасает гостя от побоев.
Ноздрев — фигура трагикомическая. Он смешон в своей глупости и хвастовстве, но он и страшен, потому что в нем нет ничего человеческого. Он — «мертвая душа», хотя и кричит громче всех. Его душа — это пустота, закутанная в шум и ложь. Он не способен ни на любовь, ни на дружбу, ни на настоящее дело. Он — разрушитель. И когда он приезжает к губернатору и разоблачает Чичикова, он делает это не из благородства, а из обиды и желания досадить. Только что они были друзьями, а теперь он готов уничтожить бывшего приятеля.
Гоголь наделяет Ноздрева удивительной способностью появляться неожиданно. Он врывается в жизнь, как ветер, ломая все на своем пути. И этот ветер — пустой, бессмысленный, но живучий. В каждом из нас, наверное, есть частичка Ноздрева — та, что хочет громко выкрикнуть что-то нелепое, сделать глупость или безнаказанно соврать. Но Гоголь показывает, какой катастрофой для душевного мира человека становится эта стихия. Ноздрев — не живой человек, а яркая, размалеванная маска, за которой — абсолютная пустота. И мы, читая поэму, невольно радуемся, что Чичикову удалось от него удрать, и одновременно грустим — ведь таких Ноздревых, увы, полно вокруг.