Сочинение На примере произведений Вишневый сад и Душечка

Антон Павлович Чехов — писатель, который умел видеть человека насквозь. Его герои часто смешны и жалки, но за этим смехом всегда прячется грусть о том, как нелепо и пусто мы порой проживаем свою жизнь. Два таких разных произведения — пьеса «Вишневый сад» и рассказ «Душечка» — на самом деле говорят об одном и том же. Они говорят о страхе перед жизнью, о потере себя и о той странной любви, которая вместо того, чтобы освобождать, делает человека тенью другого. Давайте попробуем разобраться, почему герои Чехова так боятся остаться наедине с собой.
Главная героиня рассказа «Душечка», Оленька Племянникова, кажется на первый взгляд очень милой и доброй женщиной. Она вся состоит из любви. Но вот беда: Оленька не умеет любить просто так. Ей обязательно нужен кто-то сильный и уверенный, на кого можно опереться, чьими мыслями она будет жить. Сначала это антрепренер Кукин, и Оленька начинает думать только о театре, переживать из-за дождей, которые мешают представлениям. Когда Кукин умирает, Оленька находит утешение в лесоторговце Пустовалове — и вот уже она рассуждает о лесе, о ценах на бревна, и в доме пахнет краской и опилками. Затем её жизнь заполняет ветеринар Смирнин, и Оленька с жаром говорит о болезнях животных. В конце концов она привязывается к гимназисту Саше, сыну ветеринара, и начинает жить его учебой, его уроками.
Чехов показывает нам очень грустную картину. Оленька не просто влюбчивая женщина. У нее нет собственного «я», нет своего мнения, своей души. Она — пустой сосуд, который каждый раз наполняется чужим содержанием. Автор называет её «Душечкой» с иронией и жалостью одновременно. Она, действительно, «душа» — мягкая, нежная, заботливая. Но что это за душа, если она существует только как отражение другого человека? Оленька не может быть одна. Когда в её жизни нет мужчины, она сидит на крыльце и смотрит на пустой двор, и в её душе поселяется такая пустота, что «жить не хочется». Её любовь — это не созидание, а поглощение. Она не дарит себя, а полностью растворяется в другом, теряя себя навсегда.
Совсем другое, но чем-то похожее мы видим в «Вишневом саде». Любовь Андреевна Раневская — барыня, которая потеряла всё: имение, деньги, близких. Она приезжает из Парижа в свой родной дом, который вот-вот продадут за долги. Раневская — человек, который тоже бежит от реальной жизни. Она не хочет слышать голоса рассудка. Купец Лопахин, человек дела, предлагает ей единственный выход: сдать вишневый сад под дачи. Но Раневская и её брат Гаев не могут на это согласиться. Для них сад — это не просто участок земли. Это символ дворянской жизни, их детства, их прошлого, их уютного мира, где не надо было ни о чем заботиться.
Раневская тоже, как и Оленька, боится остаться без опоры. Только её опора — не мужчина, а прошлое, воспоминания. Она цепляется за сад, как за последнюю иллюзию. Она тратит деньги на обеды в ресторане, хотя ей нечем платить прислуге. Она говорит красивые слова о любви к родине, но в конце концов снова уезжает в Париж, к своему любовнику, который её обирает. Гаев же вообще живет в мире бильярдных шаров и нелепых речей. Эти герои так же пусты внутри, как и Оленька, только их пустота прикрыта красивой тоской и благородными словами. Они не могут действовать, не могут любить по-настоящему, потому что их «любовь» — это вечная оглядка назад, в прошлое, которого уже нет.
В чём же трагедия этих людей? И Оленька, и Раневская с Гаевым — «недотепы», как назвал один из персонажей «Вишневого сада». Они не живут, а играют в жизнь. Оленька прячется от своей душевной пустоты в чужие интересы, становясь чужой копией. Раневская прячется от нищеты и позора в красивых воспоминаниях, как в дорогом, но уже ветхом платье. И та, и другая не способны на настоящий шаг. Лопахин, который выкупает сад, говорит правду: «Я купил имение, где дед и отец были рабами». Это суровая правда нового времени. И эта правда пугает старых хозяев жизни.
Чехов своим печальным смехом говорит нам: нельзя жить чужой жизнью, как Оленька, и нельзя жить только прошлым, как Раневская. Человек должен иметь свой внутренний стержень. Когда Оленька остается одна, у неё нет даже кошки в доме, потому что ей «не для кого» заводить животное. Когда Раневская теряет сад, она теряет последнюю связь с реальностью. Они оба — жертвы своей душевной лени и привычки жить с оглядкой на кого-то или на что-то вечное.
В финале «Душечки» маленький гимназист Саша говорит Оленьке: «Вы, тетя, ужасно смешная!» И это слово «смешная» — ключевое. Она действительно смешна в своей бесконечной жертвенности. Но за этой смешной стороной видна и страшная — она не человек, а вещь, комнатная собачка, которая ждет хозяина. А в «Вишневом саде» старый слуга Фирс, забытый всеми в пустом доме, ложится и умирает под звуки топора, рубящего вишневые деревья. Слышите этот стук? Это стук времени, которое неумолимо отсекает всё наносное, фальшивое, нежизнеспособное.
Прочитав эти два произведения, начинаешь задумываться: а есть ли у меня что-то своё? Не прячусь ли я за чужими мнениями, как Оленька? Не живу ли я красивыми иллюзиями, как Раневская? Чехов не дает готовых ответов, он просто показывает зеркало. И в этом зеркале «Душечка» и герои «Вишневого сада» отражают одну и ту же болезнь — отсутствие настоящей, деятельной, осмысленной души. Наверное, именно этому нас и учат эти книги: важно сохранить себя, свою мысль и своё сердце, не растратить их на пустые мечты или чужую жизнь. Потому что без этого мы все рискуем остаться либо с пустым двором и мертвым садом, либо с разбитым сердцем, которое никого по-настоящему не любило, кроме самой идеи любви.