Образ царя в «Песне про царя Ивана Васильевича...» М. Ю. Лермонтова

Раньше мне казалось, что цари на страницах книг – это либо грозные властители с хмурым взглядом, как Иван Грозный на известной картине, либо мудрые и справедливые правители из сказок. Но после прочтения «Песни про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» Михаила Юрьевича Лермонтова я задумался. Какой же он, царь Иван Васильевич, в этой поэме? Поначалу я увидел могучего и грозного государя, но чем дальше я читал и размышлял, тем больше понимал, что этот образ – как старинная икона, покрытая темным лаком: с первого взгляда виден лик, но чтобы разглядеть детали и понять смысл, нужно присмотреться очень внимательно.
Поэма Лермонтова похожа на древнюю народную песню, былину. И царь в ней появляется сразу, с первых строк, будто выходя из тумана истории. Мы видим его на пиру, окруженного боярами, опричниками и телохранителями. Описание его поражает силой и властью: «Очи сияют, словно ястребу подобен». Он не просто сидит на троне, он – центр этого мира, его солнце, от которого исходит и свет, и жар. Все вокруг замерли в почтительном страхе, и только он один может шутить, веселиться, «казнить и миловать». Таким предстает перед нами царь в начале – символ абсолютной, ничем не ограниченной власти. Он выше обычных законов, выше человеческих судов. Его слово – закон, а его взгляд заставляет трепетать самых храбрых воинов.
Но вот на пиру происходит событие, которое заставляет нас взглянуть на царя иначе. Его любимый опричник, Кирибеевич, встает и признается, что тоскует по чужой жене – Алене Дмитриевне, супруге купца Калашникова. И здесь Лермонтов показывает нам первую трещину в образе грозного самодержца. Царь не гневается, не наказывает опричника за греховную страсть. Напротив, он смеется, подбадривает его, советует подарить дорогие подарки, чтобы «улестить» женщину. Он воспринимает эту историю как забавную придворную интрижку, игру. Царь, который должен быть защитником веры и нравственности, здесь выглядит скорее как покровитель своеволия своего слуги. Он думает, что всё можно купить и всё ему дозволено. В этом эпизоде Иван Васильевич – не мудрый правитель, а барин, потакающий прихотям своей любимой «службы» – опричнины. Он отделяет себя от своего народа, от его простых и строгих понятий о чести и семье.
Именно эта царская слепота и потакание приводят к трагедии. Когда оскорбленный муж, Степан Парамонович Калашников, выходит на кулачный бой против обидчика, царь наблюдает за этим, как за интересным зрелищем. Он радуется удали своих бойцов. Но исход поединока оказывается для него неожиданным. Сильный и ловкий опричник убит. И тут гнев царя вспыхивает, как пламя. Калашникова, победителя, но осмелившегося убить царского любимца, приводят к трону. Иван Васильевич требует ответа: «По своей ли воле ты смерть ему учинил?». Вопрос этот очень важен. Если Калашников убил по приказу или в угоду кому-то – это политическое дело, заговор. Но купец отвечает честно и страшно для царя: он убил «по воле своей», защищая честь семьи, свою супругу и детей.
В этот момент происходит столкновение двух правд. Правда царя – это правда силы, власти, государственной иерархии, где его опричник, часть его системы, важнее какого-то купца. И правда Калашникова – это правда Божьего закона, семьи, личного достоинства, та самая правда, на которой всегда держалась Русь. Царь, воспитанный в идее своего божественного права, не может понять и принять эту народную правду. Для него это бунт, вызов. И он выбирает силу. Он отказывается от милости и приговаривает героя к казни. Но даже в этом жестоком приговоре Лермонтов не показывает царя как просто злодея. В его словах слышится холодное, страшное величие: «Я пожалею тебя, твою молодую вдову и сирот твоих… дадут им из казны моей». Он как бы покупает свою совесть, пытаясь золотом и казной замолить грех несправедливого суда. Он остается в рамках своей логики: всё имеет цену.
Однако образ царя на этом не заканчивается. Финальные строки поэмы открывают его с новой стороны. Царь, оказывается, исполняет свою жестокую волю до конца: Калашникова казнят, но хоронят не как преступника, а «по-христиански», между трех дорог. И вот здесь звучит удивительная царская «милость»: он приказывает не трогать семью купца, щедро одаривает ее и даже дает приказ, чтобы «гробик его простили». Эта двойственность поражает. С одной стороны, он убивает невиновного в глазах Бога и людей человека. С другой – как бы признает его силу и правоту, но признает по-своему, молчаливо, без отмены приговора. Он не может отступить от своего царского слова, ибо это подорвет его авторитет, но он и не может не почувствовать величие души, которое сломил. Он как бы ставит себя выше Божьего суда, беря на себя и казнь, и помилование семьи. В этом – вся трагедия и противоречие его образа.
Таким образом, образ царя Ивана Васильевича у Лермонтова – это не портрет исторического лица, а сложный символ. Это символ власти, оторванной от народа, власти, которая пытается подменить собой и человеческий, и Божий закон. Он грозен и величественен, но в этой величественности есть что-то пугающее и одинокое. Он не злодей в обычном смысле, он – носитель идеи, которая считает государственную волю выше всего. Он окружен раболепными слугами-опричниками, но противопоставлен ему простой человек, купец Калашников, который оказывается носителем истинной, народной нравственности, чести и достоинства. Царь силен телом и властью, но слаб духовно, потому что он забыл, что есть правда, которая выше царского трона.
Для меня эта поэма стала размышлением не только о далекой эпохе, но и о вечных вопросах. Что важнее: слепая сила власти или сила правды и чести? Может ли один человек, даже самый могущественный, быть судьей над жизнью и смертью других? Лермонтов, рисуя образ царя, не дает простых ответов. Он показывает трагедию этой фигуры. Царь Иван Васильевич у него – это грозная тень прошлого, величественная и печальная, которая напоминает нам, что никакая земная власть не должна забывать о совести и о том, что есть высший суд, перед которым все равны. А истинным героем и хранителем святой правды земли Русской оказывается не царь в золотых палатах, а простой купец с чистой совестью и прямым сердцем, который даже перед лицом смерти не склонил головы и не предал своих убеждений. И в этом, мне кажется, главная мысль гениальной лермонтовской «Песни»