Сочинение Почему Чичиков оказался среди Толстых?
Сочинение "Почему Чичиков оказался среди Толстых?"
Анализируя пушкинское понимание души русского человека и размышляя над судебными пружинами, которые движут поступками героя «Мертвых душ» Н.В. Гоголя, следует выяснить, что же подтолкнуло Павла Ивановича Чичикова к тому, чтобы оказаться среди толстых.
Начнем с того, что Чичиков, будучи выдающимся представителем государственного аппарата эпохи, обладал исключительным прагматизмом и практичной сметливостью. Именно эти качества вели его через всю жизнь, определяя каждое действие и шаг. В поисках выгоды и наживы, он овладел искусством компромисса и убедительности, позволившего ему успешно манипулировать людьми любого ранга.
Однако вопрос о его принадлежности к толстым нельзя рассматривать исключительно с утилитарной точки зрения. Чичиков — это не только воплощение ловкости и хитрости, но и герой исключительного социального контекста. В тяжеловесной телеологической структуре России того времени толстые были теми, кто в первую очередь мыслил о своем благосостоянии и престиже.
Чичиков оказался среди толстых, потому что тонкая игра утонченного эгоизма и липучего патриотизма была ему сродни. Толстые людьми считались не по физической или материальной величине, а по широте своего внутреннего мира, открытого исключительно к своим интересам. Толстые существовали в пределах самодовольства, замкнувшись в своих физических и социальных сферах удовольствий и наслаждений. Чичиков, как искусный игрок на поле человеческих страстей, нашел приют среди таких же мастеров вышколенного эгоизма.
В добавление к этому, толстым он был нужен как символ их собственного превосходства и аферы. Чичиков стал зеркалом их жадности и ненасытности, в котором они видели оправдание своему устрою. Интеллектуальный брат по выгоде был идеологически близок этим людям, укрепляя их взгляды на скоропреходящую субстанцию человеческого благополучия.
Таким образом, Чичиков оказался среди толстых не только потому, что был в поисках личного блага, но и потому, что нашел у людей этой категории сродственную душу. Его приспособляемость и образ мышления делали его непременно своим в этой касте. Среди толстых он мог быть самим собой, играя свою роль в великолепной трагикомедии человеческой жадности и стремления к незыблемому материальному преимуществу.