Сочинение Если бы все в обществе были равны

Если бы я проснулся завтра в мире, где все люди абсолютно равны, я бы, наверное, сначала очень обрадовался. В школе ведь вечно кто-то умнее, быстрее бегает, рисует лучше или одевается красивее. Столько обид и слёз бывает из-за того, что ты не такой, как кто-то, или у тебя чего-то меньше. Я бы подумал: «Вот здорово! Никто не зазнаётся, никто не дразнит. У всех одинаковые дневники, рюкзаки, даже оценки, наверное, одни и те же. Никто не скажет тебе, что ты хуже». В школе наступила бы тишина: никаких споров у доски, никаких завистливых взглядов на новую куртку одноклассника. Все сидят в одинаковых синих пиджаках, пишут одинаковыми ручками и получают четвёрки ровно за половину ответов. Учителя бы не знали, кого хвалить, а кого ругать. Уроки шли бы монотонно, как один бесконечный и очень скучный фильм.
Но потом, когда прошла бы первая радость, я бы начал замечать странные вещи. Мы играем в футбол на перемене. Раньше я любил пасовать Пете, потому что он гениально забивал голы. А теперь Петя ничем не отличается от всех. Он бежит медленно и неуклюже, как и я. Мяч летит куда попало. Команды не стараются победить — ведь победителя нет, все равны. Играть стало неинтересно. В футболе раньше была магия: ты учишься, тренируешься, становишься лучше, и вот ты уже почти герой. А теперь зачем стараться? Всё равно все будут на одной линии. Спорт превращается в скучную физкультуру, где никто не выкладывается. Где же тогда чувство победы? Где та гордость, когда забиваешь решающий мяч? Потом на уроке литературы. У нас есть мальчик Коля, который пишет стихи так, что замирает сердце. Мы все слушаем его, затаив дыхание. В мире равенства Коля пишет такие же скучные сочинения, как и все. Его дар исчезает или ему запрещено его проявлять, чтобы не нарушать всеобщее равенство. Мы больше никогда не услышим тех строк, от которых по спине бегут мурашки. И мир становится плоским, серым, как старый асфальт.
Я начинаю понимать, что равенство — это как если бы все краски в мире смешали в одну. Получился бы не спектр радуги, а грязная, унылая серая лужа. Да, в этой луже нет плохих и хороших цветов, нет ярких и тусклых. Но в ней нет и жизни. Рембрандт и Ван Гог писали по-разному, и именно в их различии была гениальность. Один лепил тенью, другой горел солнцем. Если бы их сделали равными, мы бы никогда не увидели «Ночного дозора» и «Звёздной ночи». И это пугает. Ведь человек интересен не тем, что он как все, а тем, что он другой. У него свой голос, свой смех, свой взгляд на мир. Когда мы все становимся одинаковыми, мы теряем самих себя. Пропадает личность.
И вот тут я думаю о самом сложном. В нашем обычном мире есть страшная несправедливость. Есть дети, которые не могут купить себе форму, есть больные, которым нужна помощь, есть люди с ограниченными возможностями, к которым общество иногда жестоко. В этом мире равенство денег и возможностей было бы настоящим чудом. Чтобы никто не голодал, никто не был унижен из-за того, что он бедный или больной. Вот это равенство — правильное. Это равенство шансов, а не дарований. Чтобы у каждого был доступ к хорошей медицине и учёбе. Чтобы на свете не было «лишних» людей. Но при этом нужно, чтобы уникальность каждого осталась. Чтобы художник мог рисовать, певец петь, а изобретатель — придумывать невероятные машины. Чтобы Вероника, которая блестяще решает задачи, могла стать великим математиком, а не сидеть у доски, чтобы не выделяться. Получается, что полное равенство — это ловушка: оно решает проблему зависти, но убивает мечту, талант и прогресс.
Я бы хотел жить в мире, где все равны в главном: в праве на счастье, уважение и помощь. Чтобы оступившемуся помогли встать, а не толкнули ещё раз. Чтобы слабого пожалели, а сильный поделился. Но при этом каждый мог бы быть самим собой: сомневаться, ошибаться, взлетать к небесам от успеха. Пусть лучше общество напоминает оркестр, а не строй солдат. В оркестре есть скрипки, трубы, флейты и барабаны. Они все разные, звучат по-своему. У них разные ноты и сложность партий. Но вместе, слушая и уважая друг друга, они создают удивительную симфонию. Именно такие разные люди — талантливые и простые, сильные и тихие, гении и ремесленники — делают мир живым и прекрасным. Если убрать все различия, то не останется ни симфонии, ни радости открытия, ни надежды стать лучше. Равенство — это не цель, это только условие для старта. А бежать каждый должен по своей, только ему предназначенной дороге. Иначе зачем вообще просыпаться по утрам?