Сочинение Деревенская проза В.М. Шукшина

Вот сочинение, написанное от лица школьника, с сохранением простоты и искренности взгляда на творчество Василия Макаровича Шукшина.

Когда я впервые взял в руки книгу Василия Шукшина, меня удивило, что в ней почти нет ничего «героического» в привычном понимании. Нет космических кораблей, нет великих битв, нет супергероев. В ней живут простые люди из сибирских деревень: плотники, шоферы, фермеры, старухи. Они ругаются, смеются, пьют чай, чинят крыши, спорят о жизни. Но почему же, читая эти рассказы, я вдруг начинаю думать о самых главных вещах? Почему мне становится до слез жалко какого-то мужика, который зачем-то поехал в город за покупками или просто сел на крыльце и закурил? Наверное, потому, что Шукшин умел видеть великое в малом. Его деревенская проза — это не просто описание быта колхозников, это крик души, это попытка понять, что такое правда, где живет совесть и почему человеку так трудно быть счастливым.
Главное, что бросается в глаза, — это его герои, «чудики». Шукшин их не придумывал, он их знал. В каждом его рассказе есть человек, который немного не от мира сего. Он может быть неуклюжим, странным, говорить невпопад, но в нем горит огонь, которого нет в людях «правильных» и «серьезных». Вспомните героя рассказа «Чудик». Он, как ребенок, радуется жизни, хочет всем сделать приятно, а в итоге его доброта разбивается о стену равнодушия и злобы. Он потерял деньги, испугался, смял их, но не посмел взять настоящую купюру, чтобы не выглядеть вором. Это кажется смешным и нелепым. Но за этой нелепостью стоит что-то очень важное — чистая, нетронутая душа. Городские люди для Шукшина часто кажутся сухими, расчетливыми. Они умеют жить «как надо», разучившись жить «по совести». И вот этот деревенский «чудик» пытается до них достучаться, подарить им частицу своей простой радости, но его не понимают. Более того, над ним смеются. И в этом смехе звучит трагедия всего нашего общества, которое постепенно теряет способность видеть красоту в бескорыстии.
Другая важная тема шукшинской прозы — это отрыв от корней. В рассказе «Живет такой парень» или «Калина красная» мы видим людей, которые уехали в город, но не стали там своими. Они остались между небом и землей. В городе они чувствуют себя чужими, их там не ценят, их способности, их крестьянская сила оказываются не нужны. А в родную деревню вернуться уже нельзя — все изменилось, да и сам ты стал другим. Егор Прокудин из «Калины красной» — это самый яркий пример. Он сидел в тюрьме, он вор, он «баламут» и «артист для пьяных». Но когда он приезжает в деревню к Любе, мы видим в нем настоящую мужскую тоску по земле, по труду. Он вдруг понимает, что вся его жизнь — это фальшивка. Его деревенская душа, забитая и израненная, просыпается. Он с нежностью смотрит на березки, он хочет пахать, он хочет покоя. Но прошлое не отпускает. И гибель Егора — это гибель человека, которого «заела среда», но который сумел в последний момент стать настоящим. Шукшин не дает нам готовых ответов, он просто показывает: вот так бывает. Больно бывает.
Очень сильно звучит у Шукшина тема материнской любви. В рассказе «Материнское сердце» мать едет в город, чтобы спасти своего сына, пьяницу и дебошира. Она бьется головой о бюрократические стены, она унижается, она отдает последнее. Казалось бы, за что любить такого непутевого сына? Но для матери он — дитя. Она его родила, она за него отвечает перед Богом. И в этой безграничной, всепрощающей любви есть такая сила, что начинаешь верить: пока жива мать, жива и Россия. Деревенские старухи у Шукшина — это не просто бабушки на лавочке. Это хранительницы традиций, чести и вечной нравственности. Они не читали философских книг, но они знают главное: надо жить по правде. Нельзя врать, нельзя воровать, нельзя унижать слабого. Если ты потерял стыд — ты потерял всё.
И конечно, язык Шукшина. Он не похож на гладкий литературный язык Тургенева или Бунина. Он — настоящий, живой. Мужики говорят «ихний», «евоный», вставляют смешные словечки, ругаются в сердцах. Но через эту кажущуюся «неправильность» пробивается невероятная сила и точность. Когда шукшинский герой говорит: «Я — человек, ёлки-палки, я тоже хочу, чтоб меня уважали!», в этой простой фразе слышится целая философия человеческого достоинства. Он учит нас не смотреть свысока на простого человека. Ведь именно в этой простоте, в этой близости к земле и труду сохраняется самое главное — душа.
Для меня, как для школьника, Шукшин — это открытие. Оказывается, что говорить о вечных вопросах можно без пафоса и высоких слов. Можно просто рассказать, как дед сажает картошку, как мужики спорят в бане, как женщина ждет письма от сына. И в этих мелочах открывается целый мир. Мир, в котором есть боль, но есть и свет, есть страх, но есть и надежда. Я читаю Шукшина и понимаю: чтобы быть хорошим человеком, не нужно быть гением. Нужно просто не забывать, откуда ты родом, кто твоя мать, что такое земля и что такое доброта. Деревенская проза Шукшина — это не книга о прошлом. Это книга о нас сегодняшних. Она напоминает нам, что самое ценное в человеке — это его совесть. И пока мы помним Егора Прокудина, «чудика» и старую мать с ее «материнским сердцем», в нас еще живёт что-то настоящее.