Сочинение Описание картины К.С. Малевича «Черный квадрат»

Я помню тот день, когда мы впервые пришли в Третьяковскую галерею. Весь класс сбился в кучу у входа, галдя и толкаясь. Учительница, Марья Ивановна, строго приказала нам вести себя тихо, потому что мы в храме искусства. Честно говоря, я ожидал увидеть золотые рамы, красивых дам в пышных платьях и воинов на конях. Как на картинах Васнецова или Брюллова, которые мы проходили. Но Марья Ивановна подвела нас к небольшой стене, где висела самая, наверное, странная картина в мире. Она была просто... черной. Черный квадрат на белом фоне. Я сначала даже подумал, что это чья-то злая шутка или холст просто не успели покрасить.
Первое чувство, которое я испытал, было разочарование. Ну правда, что в этом такого? Это же может нарисовать любой первоклассник. Закрасить лист черной краской — и готово. Вокруг меня ребята начали перешептываться и фыркать. Кто-то сказал, что это «квадрат Малевича», и мы все засмеялись. Но потом я задержался у картины, когда все пошли дальше. И случилось странное. Чем дольше я смотрел на эту черноту, тем больше она начинала меняться. Она не была плоской и мертвой. Черный цвет словно дышал. Где-то он был гуще, почти смоляной, а где-то сквозь него проглядывали тонкие, едва заметные трещинки, отливающие зеленоватым или фиолетовым. Словно это не просто краска, а глубокая, бесконечная ночь, сжатая в квадрат.
В этот момент я вспомнил слова Марьи Ивановны, которые она сказала перед входом. Она говорила, что искусство — это не всегда про то, чтобы «похоже» нарисовать яблоко или вазу. Иногда художник хочет рассказать нам о главном. О чем-то таком, чего нельзя увидеть глазами, а можно только почувствовать. И тут я понял, что Малевич, наверное, хотел изобразить не предмет, а саму идею. Идею начала и конца. Идею пустоты, из которой все рождается. Или наоборот — идею абсолютной полноты, в которой исчезают все цвета, все формы, все лишнее.
В моей голове вдруг возникла картинка. Представьте, что вы смотрите в ночное небо, в самый его центр, где нет ни звезд, ни луны. Там просто чернота. Но вы знаете, что за этой чернотой — целая Вселенная, с миллионами галактик. «Черный квадрат» стал для меня такой дверью. Окном в бесконечность. Малевич не просто закрасил холст, он как будто захлопнул створки нашего обычного мира, чтобы мы не отвлекались на мелочи. Он оставил нам только самую суть — ту самую древнюю тишину, которая была до того, как зажглись первые звезды.
Потом я прочитал на табличке, что картина была написана в 1915 году. Это было страшное время: шла Первая мировая война, в России назревала революция. Старый мир рушился на глазах. И в этот хаос, в этот ужас Малевич выплеснул свой «Черный квадрат». Как символ новой эры. Как знак того, что всё закончилось. И на выжженной, пустой земле нужно строить что-то абсолютно новое. Этот квадрат — не конец, как мне показалось сначала. Это решительное начало. Ноль в математике, из которого потом получаются все цифры мира.
Уже в автобусе, на обратном пути в школу, я всё думал об этой картине. Я представлял себе Малевича в его мастерской. Он стоял перед белым холстом и готовился совершить главное дело в своей жизни. Он не хотел больше рисовать портреты или пейзажи. Ему надоело быть просто зеркалом природы. Он хотел создать свой собственный мир. И он его создал. Он взял самую черную краску и провел ею по холсту. Это был вызов всему старому искусству, всему привычному глазу. Это был поступок, достойный настоящего героя и безумца одновременно.
Многие говорят, что «Черный квадрат» — это обман. Что Малевич просто издевается над зрителями. Но я теперь так не думаю. Конечно, я не искусствовед и могу ошибаться. Но для меня лично эта картина стала уроком. Она научила меня, что не нужно торопиться с выводами. Что сначала надо остановиться, задержать дыхание и просто смотреть. Вглядываться в тишину. В «Черном квадрате» нет сюжета, но в нём есть огромное пространство для мыслей. Это как белый лист бумаги, на котором ты сам пишешь свою историю. Один увидит здесь пустоту и ничего. Другой — вселенную и начало нового дня.
Я уже вышел из галереи, но проходя мимо сувенирного киоска, купил маленький магнитик с репродукцией «Черного квадрата». Он висит теперь у меня над письменным столом. Когда я смотрю на него, я вспоминаю о том, что в мире есть вещи, которые не лежат на поверхности. Что искусство — это в первую очередь диалог. Малевич задал нам вопрос, и каждый отвечает на него по-своему. Мой ответ сейчас такой: «Черный квадрат» — это не конец живописи, а начало нового способа смотреть на мир. Он дал мне понять, что даже в самой глубокой черноте может скрываться свет, если ты готов его искать. И это, пожалуй, самое важное открытие, которое я сделал в тот день.