«Каждого человека можно выслушать, но не с каждым стоит разговаривать». А. Шопенгауэр

В тот вторник я возвращался из школы совершенно раздавленным. День был похож на сломанную карусель: сначала меня вызвали к доске по физике, и я, путаясь в формулах, написал полную чушь, потом мы поссорились с Димкой из-за какой-то ерунды, а на большой перемене я случайно задел локтем стакан с компотом Вероники, и она, всплеснув руками, назвала меня неуклюжим медведем. В голове гудело от голосов, обид и невысказанных слов. Казалось, что весь мир настроен против меня, и я хотел только одного: забраться в самую дальнюю комнату, закрыть уши подушкой и молчать целую вечность.
И тут я вспомнил фразу, которую мы проходили на уроке литературы, — слова философа Артура Шопенгауэра: «Каждого человека можно выслушать, но не с каждым стоит разговаривать». Раньше она казалась мне высокомерной или даже жестокой. «Как это? — думал я. — Разве можно делить людей на тех, кто достоин разговора, и тех, кто нет? Разве это не какой-то снобизм?» Но в тот вечер, сидя на подоконнике и глядя на темнеющий двор, я вдруг понял, насколько эта мысль глубока и, если честно, спасительна.
Наверное, Шопенгауэр говорил не о том, что одни люди плохие, а другие хорошие. Он говорил о разных уровнях общения. Ведь нас, людей, так много, и каждый из нас говорит на своем языке. Кто-то говорит на языке футбола и компьютерных игр, кто-то — на языке обид и сплетен, а кто-то — на языке тишины и понимания. Выслушать же можно любого — это проявление вежливости. Вежливость — это та самая дверь, которую мы всегда должны держать открытой. Но вот разговор — это уже не просто дверь. Разговор — это дом, в который вы оба заходите. И если вам в этом доме тесно, душно или скучно, то стоит ли тратить время и силы, пытаясь там поселиться?
Я вспомнил свой сегодняшний день. Одноклассники, которые смеялись над моей ошибкой у доски, — я их выслушал. Их слова были похожи на колкие льдинки, они летели в меня, но я не стал с ними «разговаривать» в том смысле, в каком это имел в виду философ. Я не стал оправдываться перед каждым, не стал доказывать, что я умнее, чем кажется. Я просто кивнул и пошел дальше. Потому что с теми, кто хочет только уколоть, разговор бесполезен. Это не диалог, это стрельба по мишеням.
А потом я зашел в автобус и увидел старушку, которая, улыбаясь, уступила место маме с коляской. Мы встретились глазами, и она сказала простое: «Сынок, а погодка-то сегодня какая! Даже дышится легко». И я ей ответил. Она не спрашивала про мои двойки, не лезла в душу с расспросами, но в этом коротком обмене фразами о погоде было столько тепла, что мне вдруг стало спокойно. Я выслушал её, но я ещё и поговорил с ней. Потому что её слова не требовали от меня защиты, они давали мне покой.
Главная трудность, как я теперь понимаю, — это не перепутать «выслушать» с «согласиться». Можно выслушать чье-то мнение, даже если оно тебе противно, и остаться при своем. Но «разговаривать» — это уже акт души. Это когда ты открываешься навстречу, когда твои мысли смешиваются с мыслями собеседника, и из этого рождается что-то новое. Это похоже на танец: если партнер наступает тебе на ноги и тянет в свою сторону, какой же это танец? Это борьба. Стоит ли разговаривать с человеком, который тебя не слышит, который перебивает, который использует каждую твою паузу, чтобы вставить свою «гениальную» мысль?
Я понял, что разговор — это роскошь. И как любую роскошь, её нужно беречь. Нельзя разбрасываться словами направо и налево, иначе они обесценятся. Есть люди, с которыми не поговоришь, а есть те, с кем можно молчать часами, и это молчание будет громче любых слов. Вот это и есть настоящий «разговор» — когда вам не нужно ничего объяснять, когда вы слышите друг друга без звука.
Вероника, которая облила меня компотом, наверное, считает меня неуклюжим дураком. Я могу её выслушать, извиниться ещё раз, но «разговаривать» с ней о чем-то важном для меня? Вряд ли. Наши миры слишком разные. Она говорит о моде и сериалах, а я о том, почему звезды светят и бывают ли роботы с душой. Это не плохо и не хорошо. Просто у нас разные ключи к дверям друг друга.
Самое трудное в этой фразе — научиться различать. Ведь люди не делятся на «приятных» и «опасных» с первого взгляда. Иногда самый болтливый и веселый человек оказывается пустым, как пересохший колодец. А тихоня, сидящий на задней парте, может за одно слово перевернуть твое представление о мире.
Я думаю, что Шопенгауэр учит нас беречь себя. Не тратить энергию на бессмысленные ссоры и пустую болтовню с теми, кто этого не ценит. Но при этом не закрываться от мира в гордом одиночестве, думая, что все вокруг недостойны тебя. Нет. Важно быть открытым для того, чтобы выслушать каждого, — это наш человеческий долг, проявление уважения к чужой жизни. Но разговаривать стоит только с теми, кто умеет не просто говорить, но и слушать. С теми, кто, как тот дедушка из парка, смотрит на тебя глазами, полными мудрости, а не презрения.
Выходит, что жизнь — это бесконечный поиск собеседника. Того единственного друга, учителя, родственника, с которым твоя душа не защищается, а распускается, как цветок. И когда ты находишь такого человека, становится неважно, сколько тебе лет, какую музыку ты любишь и какой у тебя цвет волос. Важно только то, что в тишине вашего разговора рождается истина. А с остальными можно просто быть вежливым. Выслушать, улыбнуться и пойти дальше своей дорогой. Ведь молчание иногда бывает гораздо красноречивее тысячи пустых слов.