Сочинение «Мертвые души»: Чичиков – рыцарь наживы в поэме «Мертвые души»

В девятнадцатом веке, когда в России только начинали дымить трубы заводов, а по новым трактам проносились тройки, появился и новый герой. Ему было уже не интересно просиживать штаны в усадьбе и говорить о высоком, как старики-помещики. Он хотел денег. Много денег. И быстро. Этого героя звали Павел Иванович Чичиков, и Гоголь назвал его «рыцарем наживы». Это определение звучит красиво, почти как «рыцарь без страха и упрека», но только вместо меча у нашего героя — толстая пачка ассигнаций, а вместо благородной дамы — мечта о миллионе. Он — герой нового капиталистического времени, хищник, который пробирается в мир сонных усадеб и разбитых дорог.
С первого взгляда Чичиков — человек приятный. Он умеет поддакнуть, сказать комплимент, найти подход к любому. С Маниловым он слащав и сентиментален, с Коробочкой — грубоват и настойчив, с Ноздревым — осторожен, с Собакевичем — деловит, с Плюшкиным — притворно щедр. Это не просто лицемерие, это целая наука. Чичиков словно актер, который мгновенно меняет маску, чтобы получить свое. Его главный талант — это умение превращать человеческие пороки в свою прибыль. Он знает, где нажать на жалость, где — на скупость, а где — на глупость. В этом смысле он настоящий гений. Но гений без души. Каждая его победа — это маленькая сделка, в которой он обменивает чужую глупость на будущий капитал.
Интересно проследить, как формировался этот характер. У Чичикова не было богатого наследства, он сам делал себя. И отец дал ему главное наставление: «Береги и копи копейку». Для Павлуши это стало не просто советом, а религией. Он с детства учился торговать, спекулировать, угождать начальству, жертвуя всем ради главной цели — богатства. Сцена с покупкой «мертвых душ» — это кульминация его философии. Ведь что такое мертвая душа? Это фикция, пустое место в ревизской сказке. Но Чичиков решает превратить эту пустоту в деньги, заложив их в Опекунский совет. Он торгует ничем, воздухом. Он — рыцарь, который сражается не с драконами, а с системой, и находит в ней лазейку. И этот его подвиг страшнее любого злодейства, потому что он совершает его спокойно, расчетливо, «с чувством глубокого удовлетворения».
Чичиков противопоставлен всем помещикам поэмы. Если каждый из них — это какой-то застывший порок (Манилов — пустая мечтательность, Коробочка — тупая накопительность, Ноздрев — разгул, Собакевич — кулацкая хватка, Плюшкин — духовная смерть), то Чичиков соединяет их все, но в динамике. Он подвижен. Он вбирает в себя их черты как губка, чтобы двигаться дальше. В этом его сила и его ужас. Помещики неподвижны, они часть умирающего мира. Чичиков же — человек будущего. Но какое это будущее? Будущее без идеалов, без нравственности, где единственный бог — капитал. Гоголь гениально показывает, как гладкий, благообразный господин «средней руки» оказывается страшнее любого разбойника, потому что разбойник берет силой, а Чичиков — хитростью и законом.
Но есть в этом образе и трагедия. Чичиков — это человек без корней. У него нет дома, нет семьи, нет любви. Он одинок в своей гонке за прибылью. В финале, когда его афера раскрывается, он терпит крах, и мы вдруг начинаем чувствовать к нему какую-то странную жалость. Эта жалость возникает оттого, что мы видим: вся его жизнь — это суета, погоня за призраком. Он так и не стал счастливым. Рыцарь без меча и без коня, он скачет на перекладных по бескрайней России, пытаясь поймать удачу за хвост, но удача ускользает, потому что не может быть счастья построенного на обмане и на мертвых душах.
Гоголь не дает нам простого ответа: плох Чичиков или хорош. Он сложен. Он умен, энергичен, терпелив, но его душа мертва, как и те души, которыми он торгует. Автор мечтал, что во втором томе Чичиков переродится, станет лучше, но сжег рукопись. Возможно, он понял, что такой «рыцарь наживы» не может измениться. Его колесо сломалось, потому что он пытался ехать в будущее, не имея души.
В итоге, главный вопрос, который задает поэма, — это вопрос о нас самих. Есть ли в каждом из нас частичка Чичикова? Не продаем ли мы свои живые души ради блеска монет? И не превращаемся ли мы в рыцарей пустоты, гоняясь за миражом? Ответ на эти вопросы каждый читатель должен найти сам. А Павел Иванович Чичиков так и остался бессмертным героем — человеком, который не сумел оживить свою душу в мире, где все, казалось бы, мертво.