Сочинение План жизни Чичикова по 11-й главе

11-я глава поэмы Гоголя «Мертвые души» для меня стала настоящим откровением. На протяжении всего повествования Павел Иванович Чичиков казался человеком загадочным, скользким, как угорь, и абсолютно непонятным. Мы видели его любезным, обходительным, умеющим найти подход к любому помещику, от слащавого Манилова до грубого Собакевича. Казалось, что он просто ловкий авантюрист. Но когда автор в финале первого тома приоткрывает завесу тайны и рассказывает нам биографию героя, все становится на свои места. У Чичикова был не просто план, а целая философия жизни, жесткая программа действий, которую он вынес еще из детства. И в 11-й главе эта программа раскрывается со страшной, почти ледяной откровенностью.
Все началось с суровой школы жизни. Отец Чичикова не был богатым дворянином, он был бедняком, который перед смертью оставил сыну жалкое наследство: полтину меди и наказ, который стал для Павлуши Евангелием. Этот наказ прост и циничен: «Больше всего береги и копи копейку, эта вещь надежнее всего на свете». И вот здесь, на этих словах, и строится весь дальнейший план жизни Чичикова. Он не был мечтателем, как Манилов, не был дураком, как Ноздрев. Он был реалистом до мозга костей. Он понял, что в этом мире все продается и все покупается. Дружба? Она предаст. Любовь? Она ненадежна. Чин? Его могут отобрать. Только звонкая монета, капитал, лежит в основе мироздания. И этот тезис становится стержнем его жизни. Он решает посвятить себя служению копейке, сделать ее божеством.
Как же он воплощал свой план? Школьные годы показали его характер. Он не обладал особыми талантами, но у него был талант особого рода — талант приобретательства. Он не просто зубрил уроки, он учился искусству угождать учителям. Он выслуживался, подлизывался, угадывал малейшие желания наставников, чтобы получить отличную отметку, а вместе с ней — похвальный лист и награду. Эта модель поведения перешла и во взрослую жизнь. На службе он не проявлял чудес героизма, он проявлял чудеса приспособленчества. Он женился, чтобы получить приданое, но при этом умудрился обмануть и невесту, и ее отца, вытянув из них деньги и бросив их. Он служил на таможне и был идеальным взяточником, ловко обделывая дела с контрабандистами. Он строил карьеру, как крепостную стену, кирпичик за кирпичиком, но каждый кирпичик был скреплен не честным трудом, а хитростью и обманом. Казалось, что план идеален: копейка к копейке, и ты уже богат. Но жажда наживы была так велика, что он прогорел. История с контрабандой, когда он перессорился с подельниками, разрушила все. Но что поражает — Чичиков не сломался. Он выдержал удар судьбы. Его план жизни оказался гибче, чем он сам думал. Он просто отряхнулся и начал заново, ища новый способ разбогатеть. И тут на сцену выходят «мертвые души».
Именно это и есть вершина его жизненного плана и его истинное лицо. Когда Чичиков узнает, что в России можно закладывать крестьян в Опекунский совет, получая под них реальные деньги, его мозг гениального мошенника рождает чудовищную идею. План жизни переходит на новый, фантастический уровень. Он решает купить не товар, а призрак, пустоту, чтобы обменять эту пустоту на звонкое золото. Это не просто мошенничество, это философский переворот. Чичиков решил торговать смертью. Он понял, что бумага, бюрократия, статистика — это такая же реальность, как и живой человек. Для чиновников ревизские сказки — это живые души, пока они не вычеркнуты. Значит, можно взять то, чего нет, и сделать из него капитал. Это цинизм высшей пробы. Чичиков не видит в крестьянах людей, для него они лишь «единицы учета», строчки в бумагах. Мертвый Степан Пробка или пьяница Петр Савельев Неуважай-Корыто — это не трагедия, не человеческие судьбы, а чей-то долг, который нужно обнулить и перепродать.
Но самое страшное в плане Чичикова — это то, что он абсолютно бездуховен. Гоголь показывает нам человека, который лишился души. У него нет ни любви, ни ненависти, ни принципов. Его принцип — выгода. Даже в конце 11-й главы, когда его чуть не арестовали, он не раскаивается, не просит прощения. Он злится на Ноздрева, который проболтался, на губернатора, который не дал провернуть аферу. Он думает только о том, как спасти свой капитал. В этом смысле Чичиков — страшный герой. Он не просто мошенник, он человек-схема, человек-расчет. Его план жизни — это прямая дорога в ад, потому что он превращает живую жизнь в мертвую сделку. Гоголь хотел показать, что если в России такие, как Чичиков, станут хозяевами жизни, то Россия погибнет. Она превратится в мертвую, бездушную систему, где копейка станет единственным богом. И 11-я глава — это не просто конец истории, это приговор. План Чичикова сработал бы, если бы в мире не осталось ничего святого. Но, слава богу, Гоголь оставляет надежду, намекая, что во втором томе Чичиков мог бы переродиться. Ведь за этой ледяной маской подлеца-приобретателя все еще теплится где-то искра жизни, которую он пытается задушить своей же собственной «копейкой»