Сочинение Может ли человек стать святым?

С самого детства, когда я ходил в церковь с бабушкой, меня поражали лики святых на иконах. Строгие глаза смотрели откуда-то из другого мира, светлого и чистого. Мне казалось, что эти люди родились такими – без единой плохой мысли, с нимбом над головой. Но когда я подрос и начал читать жития святых, я понял, что всё было совсем не так. Они были обычными людьми, как мы с вами. Они тоже злились, сомневались, боялись, ошибались. И тогда передо мной встал главный вопрос: может ли обычный человек, с его слабостями и страхами, стать святым? Или святость – это удел избранных и давно ушедших героев?
Долгое время я думал, что святым нужно быть при рождении. Что это какой-то особый дар, как голос у певца. Но потом я узнал историю святого Серафима Саровского. Он был крепким, здоровым парнем, но однажды, когда ему было десять лет, он упал с высокой колокольни и остался жив. Это чудо перевернуло его душу. Он не стал сразу святым, он много лет был простым монахом, болел, учился смирению. Он тысячу дней и ночей молился на камне в лесу, его били разбойники, и он их простил. Серафим прошел через боль, через одиночество, через жесточайшую борьбу с самим собой. Однажды я прочитал, как к нему пришел молодой помещик и спросил: «Батюшка, почему вы улыбаетесь? Вам же больно». А Серафим ответил: «Радость моя, тот, кто стяжал Духа Святого, не может не сиять». И я понял: святость – это не отсутствие страданий, это победа над ними. Это титанический труд души.
Конечно, в современном мире мы редко видим людей, которые ходят в рубище и питаются хлебом и водой. Святых мы часто представляем себе как отшельников, убежавших от мира. Но разве святость – это бегство? Мне кажется, самая сложная святость – это святость среди людей. Взять, к примеру, доктора Гааза, которого называли «святой врач». Он жил в Москве, лечил бедных и каторжников, отдавал им последние деньги. Он не уходил в лес, он ходил по грязным тюрьмам, утешал убийц и воров. Люди смеялись над ним, называли чудаком. Но он говорил простую фразу, которая запала мне в душу: «Торопитесь делать добро». Он не ходил по воде, не исцелял наложением рук, но он всю свою жизнь положил на то, чтобы больных не заковывали в кандалы и чтобы детям было тепло. Разве это не святость? Это святость, добытая в пыли больничных палат и на холодных тюремных нарах. Это значит, что святой – не тот, кто ушёл от мира, а тот, кто пришел в этот мир с огромной любовью.
Многие скажут: святость – это ошибаться. Ведь все святые были безгрешны. Но это неправда. Церковь учит, что безгрешен только Бог, а святой – это человек, который осознал свою греховность и победил её. Важно не то, что человек оступился, а то, что он смог подняться. Я думаю, что момент осознания своей слабости – это и есть первый шаг к святости. Человек, который кричит: «Я идеален, я никогда не вру и не завидую», — скорее всего, очень далек от святости. А человек, который со слезами просит прощения у того, кого он обидел, который признаёт: «Я зол, я завистлив, я слаб, но я хочу измениться», — он уже ступил на эту узкую тропу. Святость – это не финальная точка на пьедестале, это направление движения.
А как же мы, обычные школьники? У нас нет возможности уйти в монастырь или спасать каторжников. Неужели святость для нас закрыта? Мне кажется, что самый главный подвиг для современного человека — это быть честным перед самим собой. Святость начинается с малого: не соврать, когда это выгодно; поделиться последним бутербродом; защитить того, кого травят в классе; уступить место в автобусе старушке, не ради похвалы, а потому что так надо. Однажды я прочитал книгу про святого праведного Алексия Мечева. Он служил в обычной московской церкви, и к нему приходили самые разные люди. Он не творил чудес, он просто выслушивал. Часами. Каждого. И люди уходили от него другими – светлыми, очищенными. Он говорил, что святость – это когда «Христос рождается в твоем сердце». То есть святость — это внутреннее состояние, которое не зависит от обстоятельств.
Подводя итог своим размышлениям, я отвечаю сам себе: да, человек может стать святым. Но это не награда и не волшебный дар, который падает с неба. Это выбор. Тысячи маленьких выборов каждый день. Выбор между добром и злом, между правдой и ложью, между помощью и равнодушием. Многие думают, что святые жили в каком-то другом, лучшем времени. А я уверен, что святые есть и сейчас. Мы просто их не замечаем, потому что не ходим с нимбами. Это тихие люди, которые живут по совести. Быть святым — значит быть человеком в самом высоком смысле этого слова. И я не знаю, получится ли у меня, но я буду стараться. Ведь святость похожа на свет: даже самый маленький огонек свечи может разогнать самую густую тьму. Нужно только зажечь его внутри себя.