Сочинение «Мертвые души» Гоголя. Образ Чичикова

«Мёртвые души» — одна из тех книг, которые читаешь будто в тумане. Сначала смеёшься над нелепыми помещиками, над тем, как смешно и жалко они живут. А потом вдруг замечаешь, что смех этот какой-то горький, и на душе становится тревожно. И в центре всей этой истории, как паук в паутине, сидит главный герой — Павел Иванович Чичиков. Странный человек. Вроде бы обыкновенный, а всмотришься — и начинаешь понимать, что вся поэма написана не про мёртвые души крестьян, а про одну-единственную, живую и страшную душу самого Чичикова.
Сначала Чичиков кажется приятным господином. Он одет опрятно, говорит гладко, улыбается кстати. В губернском городе N его сразу принимают за своего: «не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод». Гоголь словно стирает его черты, делает Чичикова «средним», чтобы он мог проскользнуть в любую дверь. И это первая загадка: за оболочкой обычного коллежского советника скрывается человек с железной волей и невероятным чутьём на людские слабости.
В каждой сцене Чичиков меняется, как хамелеон. Перед сладким до приторности Маниловым он сам становится приторным, говорит о «приятности» и «благорастворении воздухов». С грубой и скупой Коробочкой он сначала ласков, потом начинает злиться, мерить её же мерой — просто «нагнул старуху». Перед хвастуном Ноздрёвым Павел Иванович поддакивает, но держится настороже, как солдат перед взрывом. С Собакевичем, который похож на медведя, Чичиков торгуется, становится таким же твёрдым и дотошным. А перед Плюшкиным он разыгрывает сцену «благодетеля», который хочет помочь разорившемуся старику, хотя на самом деле просто выкручивает руки. Эта способность перевоплощаться пугает. Где настоящий Чичиков? И есть ли он вообще? Или, может быть, он и есть тот самый «никто», пустота, которая принимает форму любого сосуда?
Чтобы понять, почему Чичиков стал таким, нужно заглянуть в его прошлое. В одиннадцатой главе Гоголь срывает маску. Перед нами история маленького мальчика, который не знал любви. Отец оставил ему только медный грош да завет: «береги и копи копейку». С детства Чичиков усвоил один закон: всё продаётся и всё покупается. Дружба, верность, честь — пустые слова. Ради «копейки» он предавал учителей, обманывал товарищей, угождал начальству. И вот, когда жизнь уже почти удалась, когда он дорвался до должности и власти, его настигает крах. И тут Чичиков совершает самое страшное — вместо того чтобы остановиться, он придумывает новую аферу. Мёртвые души. Он готов скупать даже то, чего нет, лишь бы удержать иллюзию богатства и уважения.
Самое интересное, что Чичиков никого не убивает физически, но он убивает себя духовно. Он продаёт свою бессмертную душу за бумажки. И Гоголь показывает это даже через его шкатулку: там, в тайном отделении, лежат не деньги, а какие-то лотерейные билеты, записочки, мелочь — всё бесполезное. Это метафора всей его жизни: суета, в которой нет настоящего смысла. Чичиков собирает мёртвые души, а сам давно уже мёртв душой. Он — главный призрак этого мира.
Почему же Чичиков так страшен? Потому что он — результат времени. Он продукт общества, где всё измеряется рублём, где доброту подменили «уважением», а любовь — «полезными знакомствами». Чичиков не монстр, он — зеркало. Мы смеёмся над Маниловым, который строит воздушные замки, но разве каждый из нас иногда не делает того же? Мы презираем Плюшкина, но ведь у многих есть «шкафчики» с ненужным хламом. А Чичиков просто взял эту логику до конца: если душа — товар, то почему не продать её? Страшно, что в каждом обывателе таится маленький Чичиков. Он слишком «современен», чтобы быть смешным. Он — грустный герой нашего времени.
Гоголь оставляет финал открытым. Бричка Чичикова уезжает, и кажется, что вся история — это сон. Но сон этот тревожный. И когда я закрываю книгу, я думаю: а есть ли во мне что-то от Чичикова? Не гонюсь ли я за «мёртвыми душами» — за оценками, лайками, званиями, которые не делают меня живым? Может быть, главный урок «Мёртвых душ» в том, что даже самый ничтожный человек может стать винтиком большой машины зла, если он забыл, зачем он живёт. Чичиков — это предупреждение. Предупреждение о том, что без чести, без любви, без настоящей цели человек превращается в пустое место, в тень, в «мёртвую душу». И пусть Гоголь обещает второй том, где Чичиков, возможно, исправится, я не верю в это чудо. Ведь душу нельзя просто «отремонтировать» — её нужно заново родить. А для этого надо сначала увидеть себя в зеркале и ужаснуться. Быть может, именно для этого Гоголь и показал нам Чичикова.