Сочинение Обличие крепостничества в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»

Вот сочинение, написанное от лица школьника, но с сохранением художественного уровня и глубокого понимания темы.
Когда читаешь поэму Николая Васильевича Гоголя «Мертвые души», на душе становится тревожно и горько. Это не просто веселая история про ловкого мошенника Чичикова. Это страшное зеркало, в котором отразилась вся правда о России того времени. Главный ужас, который выводит на свет Гоголь, — это чудовищная сила крепостничества. Оно не просто мучает людей, лишая их свободы. Оно убивает души — и у крестьян, и у их господ. Автор показывает, что настоящей «мертвой душой» становится не умерший мужик, а живой помещик, у которого вместо сердца камень, вместо ума — копилка, а вместо Бога — чревоугодие.
Гоголь не кричит о несправедливости. Он спокойно и страшно описывает помещиков. Вот Манилов — «рыцарь пустоты». Он вроде бы добрый, мечтательный. Но его «доброта» — это плесень на душе. Он не знает жизни за порогом своего дома, не знает, сколько умерло его крестьян. Он живет в мире сладких грез, а реальные люди для него просто цифры в ревизской сказке. Он настолько оторван от земли, что не способен даже на зло — он просто бесконечно пуст. Это крепостное право дало ему возможность ничего не делать, ни за что не отвечать, и оно же сделало из него фарфоровую куклу без сердца.
Дальше — Коробочка. Это «дубинноголовая» хозяйка, которая боится продешевить. Ее мир — куриные перья, сало, мед и, конечно, мертвые души, которые она тоже воспринимает как товар. Ее ум живет только в границах забора. Крепостничество сделало из нее существо, которое даже в смерти видит только убыток. Ей не жалко людей — ей жалко, что они перестали работать и платить оброк. Душа крестьянина для нее ничего не значит. Это страшное одичание собственничества, когда человек перестает быть человеком и для помещицы, и для самой себя.
Собакевич — это медведь, который набивает брюхо «бараньим боком с кашей». Он груб, хитер, но самое жуткое — он абсолютно материален. Для него все люди — это только тела. Он хвалит Чичикову своих умерших крестьян как отличных работников: «пальцем ткни — готово!». Он продает мертвецов, расхваливая их плотницкое мастерство, но при этом ни разу не вспомнил о том, что они жили, дышали, страдали. Его мир — это крепкие избы, прочные заборы, но душа спит мертвым сном. Крепостное право сделало и его, и его крестьян просто единицами силы, полезной или бесполезной.
Но самый страшный портрет — это Плюшкин. Когда Чичиков впервые видит его, он принимает помещика за ключницу. Человек потерял свой пол и свой облик. Плюшкин — это прореха на человечестве. Он скопил горы хлама, тысячи пудов хлеба гниют у него в амбарах, а он ходит в лохмотьях и ест сухари из кулича, который принесла дочь много лет назад. Его крестьяне мрут как мухи, потому что в деревне голод. Но Плюшкин не в силах расстаться ни с одной щепкой. Жадность съела его душу полностью. Крепостное право довело этот порок до крайности, когда человек уничтожил сам себя. Он не живет — он существует как машина для накопления. Гоголь показывает, что это не шутка, а трагедия. Человек — образ Божий — превратился в паука.
А что же крестьяне? Гоголь не забывает и о них. Мы не видим их лиц, но слышим их голоса в историях, которые рассказывает Чичикову Собакевич или сам автор. В главе о беглом крестьянине Абакуме Фырове, который ушел в бурлаки, звучит тоска по воле и удали. Но чаще всего крестьяне — это «умершие души» в самом прямом смысле. Список, который покупает Чичиков, — это мартиролог русской деревни. Они умирали от голода, болезней, непосильного труда. Крепостное право лишало их самого главного — права распоряжаться своей жизнью. Они были вещью, которую можно продать, заложить, обменять на борзую собаку (как это делал Ноздрев). Гоголь плачет вместе с читателем, когда видит эту безнадегу. Живой народ превращается в статистику, в «ревизские души», которые можно купить.
И самое обидное — это мир чиновников. Город NN — это клетка с интригами и взяточничеством. Когда до всех доходит слух о покупке мертвых душ, чиновники пугаются не потому, что это безнравственно. Они боятся, что их поймают на взятках. В этом мире все построено на лжи и мертвой букве закона. Крепостничество пронизало все общество: помещики давят крестьян, чиновники обирают помещиков, а царь стоит на самом верху этой пирамиды мертвецов.
В конце поэмы Гоголь дает надежду. Мы видим образ Руси-тройки, которая несется вдаль. Куда она несется? Автор не знает. Но он верит, что эта тяжелая, сонная, проклятая крепостным правом страна когда-нибудь проснется. Что живые души народа — его талант, его сила, его «богатырская» удаль — пробьются сквозь кору омертвения. Но пока что перед нами страшная картина. Гоголь не написал второй и третьей части, потому что, наверное, не видел, как вылечить эту болезнь. Он только показал диагноз — обличие крепостничества, которое убивает всё живое.
Это сочинение учит нас главному: нельзя строить жизнь на том, что один человек может быть собственностью другого. Это зло уничтожает и раба, и господина, превращая их в персонажей страшной, хотя и смешной, поэмы. «Мертвые души» — это крик о том, что душа бессмертна и ее нельзя продавать. И пока мы читаем Гоголя, мы помним об этом.