Что приводит к омертвлению души? По поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»

Вот сочинение, написанное от лица школьника, с сохранением художественного стиля и необходимого объёма.

Гоголь – великий писатель, который умел заглядывать человеку в самую душу. И то, что он там видел, часто его пугало. В своей знаменитой поэме «Мертвые души» он показывает нам галерею людей, которые, казалось бы, живы, ходят, едят, торгуют, но на самом деле их души давно умерли. И главный вопрос, который встает перед читателем: что же приводит к этому страшному омертвлению? Почему человек, созданный для любви и света, превращается в «прореху на человечестве»?
Мне кажется, что первый шаг к гибели души – это потеря способности удивляться и мечтать. Вспомним Манилова. Внешне он кажется приятным человеком, он улыбается, говорит комплименты. Но его жизнь – это пустота, прикрытая красивыми словами. Он мечтает, но его мечты пусты, как воздух: то он хочет построить мост через пруд, то прорыть подземный ход. Он годами лежит в одной и той же позе, читает одну и ту же книгу на четырнадцатой странице. У него нет ни настоящих желаний, ни настоящей боли, ни настоящей радости. Его душа застыла в сладкой дремоте. Он не делает зла, но он не делает и добра. Он – пустое место. Это омертвление от бездействия и слащавой лени. Человек перестает быть личностью, когда перестает к чему-то стремиться.
Следующий тип, который мы встречаем, – это Коробочка. Если Манилов умирает от возвышенной лени, то Коробочка – от низменной, животной хозяйственности. Ее душа засыхает, как старый сухарь, от бесконечной заботы о материальном. Она не видит ничего, кроме цены на мед, пеньку и птичьи перья. Её мир – это сундучки, мешочки, заборы и огороды. Чичиков предлагает ей сделку с мертвыми душами, но её волнует только одно: «А не продешевлю ли я?». Она даже боится, что мертвецы «пригодятся в хозяйстве». У неё нет души, потому что все человеческие чувства вытеснены вещами. Её сознание забито, как её комод, старым хламом и рухлядью. Душа умирает, когда единственной ценностью становится нажива, когда человек перестаёт видеть в мире что-то, кроме способа получить выгоду.
Но самое страшное омертвление, на мой взгляд, показано в образе Ноздрева. Он шумный, живой, энергичный. Кажется, что в нем кипит жизнь. Но эта жизнь – бессмысленная и разрушительная. У него нет ни цели, ни привязанностей. Он живёт ради самого процесса, ради того, чтобы «кутить», врать, играть и скандалить. Его душа – это пустая бочка, которая громко гремит. Он не способен на верность, на любовь, на честность. Он легко предаёт, легко меняет друзей на собак или на карточный долг. Его энергия направлена в никуда, она подобна вулкану, который извергает грязь. Душа умирает, когда человек теряет нравственные ориентиры, когда понятия добра и зла становятся для него пустым звуком, когда жизнь превращается в бесконечную, бесцельную вакханалию.
Другой полюс – Собакевич. Он грубый, тяжелый, похожий на «средней величины медведя». У него всё прочное, основательное, но это основательность мертвеца. Его дом похож на крепость, но в этой крепости нет жизни. Его душа – это кусок мяса, который не может чувствовать. Он хвалит умерших крестьян как хороших работников (каретника Михеева, сапожника Максима Телятникова) – и это единственное, что его волнует: пригодность человека для работы. Его мир – это желудок и кошелек. Он видит в людях только их функцию. Собакевич – это человек, который превратился в вещь. Душа становится неповоротливой и черствой, когда из неё уходит всё человеческое: сострадание, красота, искусство. Остается только один инстинкт – обладания.
И, наконец, вершина омертвления – Плюшкин. Если у других ещё оставались какие-то черты характера, то Плюшкин – это уже «разрыв на теле человечества». Когда-то он был бережливым, расчетливым хозяином, у него была семья. Но после смерти жены и отъезда детей его скупость переросла в безумие. Он перестал отличать нужное от ненужного: он тащит в дом все, что попадается под руку – от ржавого гвоздя до старой тряпки. У него гниет хлеб, пропадает мука, а он ходит в лохмотьях. Он разорил свое имение, превратил его в свалку. Его душа, когда-то живая, окончательно умерла, похороненная под ворохом ненужного хлама. Гибель души наступает от полного разрыва с миром, от потери всех родственных и человеческих связей. Человек замыкается в себе, в своей мании, и перестает быть человеком.
Что же объединяет всех этих персонажей? Это равнодушие. Равнодушие ко всему, что выходит за пределы их маленького интереса: будь то пустая мечтательность, копеечная выгода, бесцельное куражаство или патологическая жадность. Они не любят, не страдают, не сострадают. В каждом из них умерло что-то важное, что делает человека человеком – душа. Гоголь говорит нам, что если человек не борется со своими пороками, если он позволяет мелочности, жадности или лени завладеть его сердцем, то душа его постепенно твердеет, черствеет и, в конце концов, умирает.
Поэма заканчивается знаменитым образом «Руси-тройки», которая мчится в будущее. И Чичиков сидит в этой тройке. Гоголь не говорит нам, исправится ли он, найдет ли он в себе силы воскресить свою душу. Но он оставляет нам надежду. Ведь если душа изначально была создана для жизни, значит, она может и возродиться. Важно только вовремя остановиться, оглянуться на себя и понять, что самое страшное — это не удары судьбы, а то безмолвное омертвление, которое убивает нас изнутри, пока мы думаем о ценах, картах или пустых мечтах. Гоголь написал грозное предупреждение, чтобы мы, глядя в зеркало его героев, не увидели в нем себя.