Сочинение Есенин об Ольге

Вот школьное сочинение о поэтическом цикле Сергея Есенина, посвященном актрисе Ольге Миклашевской (1917-1977).
Кому на Руси не знакомы пронзительные строки Сергея Есенина о любви, о боли, о рябиновом костре и о ситцевой синеве неба? Обычно мы вспоминаем его «Письмо к женщине» или знаменитое «Шаганэ ты моя, Шаганэ…». Но есть в его поэзии один удивительный цикл, который часто остается в тени громких хитов, хотя по красоте и искренности он ничуть не уступает лучшим образцам. Речь идет о стихах, посвященных Ольге Миклашевской. Имя этой актрисы стало для поэта не просто строкой в дневнике, а целой спасительной весной в самую хмурую, последнюю осень его жизни.
Ольга Александровна Миклашевская была не просто женщиной, которую любил поэт. Она была свидетельницей его угасания. В 1923 году Есенин вернулся из заграничного путешествия, полный тоски и хаоса. Его брак с Айседорой Дункан трещал по швам, здоровье было подорвано, а душа металась от эпатажа к глубокой меланхолии. И тут, как луч света в темном царстве, появилась она — стройная, с грустными глазами и удивительной внутренней чистотой. Есенин увидел в ней не просто романтический интерес, он почувствовал в ней спасение, тихую гавань, которую искал всю жизнь.
Стихи, посвященные Ольге, — это гимн нежности. Если в других своих любовных произведениях Есенин часто буйствует, страдает, кричит от ревности или посылает «собаке Качалова» приветы и наставления, то здесь он совсем другой. Он тихий, почти робкий мальчик, который боится спугнуть свое счастье. Посмотрите, как он обращается к ней: «Вы помните, вы всё, конечно, помните, Как я стоял, приблизившись к стене…». Какая картина! Хулиган, скандалист, любимец публики — и вдруг он стоит у стены, как провинившийся школяр, боясь поднять глаза на ту, которую любит. В этих строках нет привычного есенинского разгула, есть только трепет.
Но самое главное, что открывает нам это сочинение о любви Есенина, — это горькая правда. Поэт в этих стихах словно смотрит на себя со стороны. Он понимает, что его «пьяная» и бурная жизнь может ранить эту чистую девушку. Читая строку «Я разлюбил тебя, когда ты предпочла другого», мы ощущаем не злость или ревность, а ту самую усталую, взрослую грусть. Есенин не борется за Ольгу с кулаками, не пишет писем «К матери» с просьбой передать, что он умрет от тоски. Нет. Он просто уходит в тень, потому что понимает: он уже не тот человек, который может дать ей простое женское счастье. Он любит её так самоотверженно, что отпускает, чтобы она не сгорела в его пламени.
Цикл «Любовь хулигана» (именно так назвали стихи, посвященные Миклашевской) — это не история успешного романа. Это исповедь человека, который нашел ангела, но оказался слишком испачканным, чтобы взять его за руку. Есенин пишет: «Заметался пожар голубой, Позабылись родимые дали». Эти строки полны символов. Голубой пожар — это сама любовь, сильная и сжигающая. Но он же — и его собственная душа, которая горит, но не может согреть. Он сравнивает себя с «заброшенной усадьбой», с «выжженным полем». Ольга же для него — свежий ветер, первый снег, весенняя капель. Соединить эти два мира невозможно. И эту трагедию несовместимости поэт переживает с удивительной прозрачной грустью.
В своем сочинении я бы выделил особенную деталь: образ руки. В стихах к Ольге Есенин часто вспоминает ее руки. «Милые руки, как лебеди, в золоте моих волос ныряют». Руки — это символ нежности, защиты, жизни. Когда поэт пишет об этом, он перестает быть богемным дебоширом. Он становится просто человеком, которому смертельно не хватает простого человеческого тепла. Он хочет, чтобы эти руки его успокоили, но — поздно. Сердце уже разбито, а нервы «разбросали стаю», как писал он сам.
Чему нас, школьников, учит эта история любви? Тому, что настоящая любовь не всегда заканчивается красивой свадьбой. Любовь Есенина к Ольге Миклашевской — это подвиг. Подвиг человека, который, осознавая свою гибель, отступает, чтобы не погубить другого. Он не пишет ей скандальных стихов, не обвиняет. Он пишет: «Дорогая, сядем рядом, Поглядим в глаза друг другу». Это короткий миг счастья, который он себе позволил. И в этом миге — вся суть настоящей поэзии: не кричать о своем «я», а тихо, почти шепотом, признаться в нежности.
Для меня стихи Есенина об Ольге — это самый грустный и самый красивый учебник любви. В них нет победителей. Поэт, потерявший свою «лебединую песню», остался один на один с метелью. А Ольга Александровна ушла в историю как та, ради которой хулиган захотел стать поэтом-лириком. И сумел. Написал строки, от которых до сих пор сжимается сердце: «Я б навеки забыл кабаки и стихи бы писать забросил, только б тонко касаться руки и волос твоих цветом в осень».
Осень. Она стала цветом этой любви. Золотая, прощальная, но от того невероятно прекрасная. И читая эти строки, мы понимаем: настоящая любовь сильнее смерти. Она остается жить в слове. Спасибо Есенину за то, что он подарил нам Ольгу — не просто женщину из прошлого, а символ той тихой радости, которую мы часто теряем в суете жизни, но без которой жизнь пуста.