Сочинение Что мешает Обломову стать счастливым?
Нейросеть:
Вот сочинение, написанное от лица школьника, с погружением в мир героя и его чувств.Когда я читал роман Гончарова «Обломов», меня всё время не покидало странное чувство. С одной стороны, мне было смешно и даже немного досадно на Илью Ильича, который лежит на диване и ничего не делает. С другой стороны, я вдруг поймал себя на мысли, что он совсем не глупый и не злой человек. Он мечтает, у него доброе сердце, он умеет любить. Но что-то постоянно мешает ему взять эту любовь, это счастье в руки. Почему? Мне кажется, ответ кроется не в лени, а в чем-то более глубоком и печальном.
Главная причина, которая мешает Обломову быть счастливым, — это его детство. Та самая Обломовка, где жизнь текла как мед, где никто никуда не спешил, где любой труд считался наказанием. Его с детства приучили, что жизнь — это тихий, сонный праздник, где барин ничего не должен делать сам. Ему не дали «прививку» от реальности. Представьте себе тепличный цветок, который всю жизнь рос при идеальной температуре и влажности. А потом его вынесли на мороз и ветер. Он не сможет жить, он просто завянет. Так и Обломов. Его душа осталась в том раю, где всё решается само собой. Взрослый мир оказался слишком громким, слишком суетливым, слишком «штольцевским». Илья Ильич просто не научился с ним справляться. Счастье для него — это покой, а жизнь требует движения.
Потом в романе появляется Ольга Ильинская. Светлая, живая, словно луч солнца в пыльной комнате. Она кажется спасением. Ольга пытается разбудить Обломова, вытащить его из халата и с дивана. И знаете, на мгновение у неё это получается! Илья Ильич влюбляется, он пишет письма, гуляет, мечтает о семье. Но здесь и кроется главная ловушка. Ольга любит не самого Обломова, а свой план спасения Обломова. Ей нравится роль «Пигмалиона», который лепит из спящего человека героя. А Обломов, чувствуя это, понимает, что ему не выдержать этой гонки. Он пишет гениальное письмо, где признается: «Я боюсь, что вы любите не меня, а то, что вы хотите из меня сделать». В этом его трагедия. Чтобы быть с Ольгой, ему нужно перестать быть собой, переломать свою душу. То счастье, которое она предлагает, — это счастье «под ключ»: нужно действовать, бороться, быть энергичным. Но душа Обломова не выносит такого напряжения. И он отказывается. Не от любви, а от пытки стать кем-то другим.
Тогда он находит счастье Агафьи Пшеницыной. Но какое это счастье? Настоящее ли? Его новая жизнь — это точная копия Обломовки. Та же тишина, те же пироги, те же пуховые перины. Агафья Матвеевна не требует от него подвигов. Она любит его таким, какой он есть: лежащим, больным, беспомощным. Она окружает его заботой, как ребенка. И вот тут наступает финал. Обломов, наконец, получает покой. Но ценой жизни. Он полностью угасает. Это счастье, но счастье «растительное». Он не живёт, а существует, как растение в горшке. Ему не нужно ничего решать, ни о чём думать. Но настоящий человек не может быть счастлив в болоте. Счастье — это развитие, а не застой.
Мне кажется, самое страшное, что мешает Обломову стать счастливым — это его страх перед жизнью. Он боится боли, боится ошибок, боится всякой суеты. Он выбирает «лучше никак, чем как-нибудь». Его собственное сердце разрывается между желанием любить и желанием спрятаться. Он понимает, что его жизнь проходит зря. Перед смертью он шепчет Ольге в воспоминаниях: «Погиб я...». Он всё осознаёт, но сделать ничего не может. Это не просто лень, это болезнь души. Это «обломовщина» — страшная сила, которая превращает умного, доброго, чистого человека в развалину.
В итоге, что же мешает ему стать счастливым? Мешает привычка к покою, привитая с детства. Мешает неумение принять любовь такой, какая она есть, не пытаясь её «исправить». Мешает страх перед движением, перед любым усилием. Счастье для Обломова — это отсутствие несчастья. Но так не бывает. Настоящее счастье — это борьба, это поиск, это, как у Пушкина, «смятенье и трепет». Обломов предпочёл тихую гавань, где его душа уснула навсегда.
Мне очень жаль его. Он напоминает мне человека, который умирает от жажды, сидя у колодца, но боится нагнуться, чтобы зачерпнуть воды. Его мечты остались мечтами, потому что он так и не решился сделать первый шаг из теплой квартиры в холодный, но живой и прекрасный мир. И это, наверное, самое грустное, что можно сказать о человеке.