Сочинение Описание комнаты деревенского домика

Комната в бабушкином деревенском доме — это не просто помещение. Это целый мир, который пахнет яблоками, сушеными травами и детством. Когда я вхожу сюда, мне кажется, что время поворачивает вспять и все мои городские заботы остаются где-то далеко за порогом.
Первое, что бросается в глаза, — это свет. Он здесь совершенно особенный. Утром, когда солнце только встает над огородами, его лучи просачиваются сквозь ситцевые занавески в мелкий цветочек и рассыпаются по половицам золотыми монетками. Половицы эти старые, широкие, местами вытертые до блеска. Они скрипят при каждом шаге, но не противно, а как-то уютно, будто здороваются со мной. Помню, как в детстве я боялся наступать на самые скрипучие доски, чтобы не разбудить бабушку, хотя она просыпалась от любого шороха.
Слева от входа стоит большая русская печь. Она занимает чуть ли не четверть комнаты, белая, с чуть заметными трещинками на боку. Зимой она — главное сокровище дома. На ней можно спать, и это самое лучшее место в мире: нагретые кирпичи отдают тепло всему телу, а снизу доносится тихое потрескивание дров. У печи есть своя «полка» — маленький выступ, на котором бабушка сушит варежки и носки. А еще там всегда стоит чугунок, в котором томится каша, и от него идет такой пар, что запотевают все окна. Лежанка печи для меня — это целая планета, с которой я разглядываю всю комнату сверху.
Напротив печи — «красный угол». Так бабушка называет место, где висят иконы. Они старые, темные, с суровыми ликами святых, но бабушка говорит, что они «намоленные». Перед иконами висит вышитое полотенце-рушник, такое длинное, что почти касается пола. На нем вышиты красные петухи и черные-красные узоры. Бабушка рассказывала, что этот рушник вышивала еще ее мама. Иногда мне кажется, что я смотрю на него и вижу не просто узоры, а целую историю нашей семьи.
Стены в комнате не оклеены обоями. Они просто выбелены известкой, и от этого комната кажется особенно чистой и прохладной даже в жаркий день. Но главное украшение стен — это фотографии. Они висят в деревянных рамках под стеклом. На них лица моих прадедушек и прабабушек, которых я никогда не видел. Мужчины с суровыми, обветренными лицами и пышными усами, женщины в платках с добрыми, уставшими глазами. Бабушка знает каждого по имени и может рассказывать о них часами. Вот этот дед Павел воевал, а эта девушка с косой — её двоюродная сестра, которая уехала в город и стала учительницей. Эти фото — как машина времени: смотришь на них и слышишь голоса прошлого.
Мебель в комнате простая, «деревенская». В углу стоит большой платяной шкаф из темного дерева. Он пахнет нафталином и сухими травами. Когда бабушка открывает его дверцы, оттуда выпадают аккуратно сложенные простыни и полотенца. Сверху хранятся пуховые подушки, такие огромные, что я в детстве думал, будто в них можно нырнуть, как в облако. А под подушками лежит бабушкино «приданое» — вышитые платочки и старые кружева.
Посреди комнаты стоит стол. Он тоже старый, дубовый, тяжелый. Если на него облокотиться, он стоит неподвижно, как скала. На столе всегда лежит клеенка в крупный клетчатый рисунок, а на ней — вазочка с печеньем. По вечерам мы садимся за этот стол пить чай. Чайник пузатый, закопченный, бабушка ставит его прямо на середину стола. Чай всегда горячий и очень вкусный — с мятой, смородиновым листом или с травами, которые бабушка собирает сама. Мы пьем чай из старых граненых стаканов в подстаканниках, и чай этот кажется мне самым вкусным на свете, вкуснее городского.
Пол в комнате устилают половики. Их много, они пестрые, сплетенные из старых тряпочек. Бабушка говорит, что пряла их сама на ткацком станке, когда была молодой. По этим половичкам приятно ходить босиком. Они мягкие, но колючие одновременно, потому что сделаны из разной ткани. На полу можно лежать, разглядывая узоры, и это успокаивает. Половички как будто вбирают в себя всю тишину дома.
Комната в деревенском доме — это еще и запахи. Тут пахнет сушеными грибами, которые бабушка связками вешает под потолок, и яблоками. Яблоки лежат в большом ящике под столом. Этот запах смешивается с запахом свежего дерева от дров, принесенных с улицы, и с легкой горчинкой дыма из печи. А еще — запах солений: огурцы, помидоры, капуста — все это стоит в погребе, но запах все равно просачивается в комнату, особенно когда откроется дверь подпола.
Я люблю эту комнату в любое время года. Зимой, когда за окном вьюга, а в печи весело трещит огонь, особенно хорошо читать книгу, завернувшись в бабушковый пуховый платок. Летом — можно открыть настежь окна, и тогда ветер приносит с собой запахи скошенной травы и цветущей сирени. По потолку начинают бегать солнечные зайчики от воды в банках, и комната наполняется жужжанием шмелей.
Эта комната не меняется. Когда я приезжаю сюда через месяц, полгода или год, она встречает меня точно такой же, какой я ее оставил. Те же занавески, тот же скрип половиц, тот же вкус чая с мятой. Здесь время течет иначе — не спешит, не торопится. В деревне и комната, и часы на стене тикают медленнее. Я не знаю почему, но это факт.
В суете города я часто вспоминаю эту комнату. Мне не хватает ее тишины, запаха нагретого кирпича и бабушкиного голоса, который говорит: «Проходи, мой хороший, садись за стол». Я знаю, что пока есть эта комната в деревенском доме, у меня есть настоящий дом. Место, куда всегда можно вернуться, где тебя всегда ждут и где в печи всегда тепло. Это мое маленькое, но такое огромное королевство детства.