Сочинение Русский солдат в поэме Твардовского «Василий Теркин»

Память о войне – это не только парады и памятники. Это ещё и слова, которые, как мостики, соединяют наше сегодня с тем страшным и великим временем. И одним из самых прочных, самых тёплых мостиков стала для нас поэма Александра Твардовского «Василий Тёркин». Стоит закрыть глаза – и вот он, простой русский солдат, уже улыбается с книжной страницы, будто старый знакомый. Он не генерал и не герой в привычном, парадном смысле. Он – сама война, увиденная из окопа, пропущенная через сердце простого человека. Образ русского солдата в лице Василия Тёркина – это главное открытие Твардовского, ключ к пониманию того, как же удалось нашему народу выстоять и победить.
С первых же строк поэмы мы понимаем, что Тёркин – свой парень. В нём нет ничего показного, ничего геройского для галочки. Он «парень хоть куда», обыкновенный, как тысячи других. Он из смоленских крестьян, знает цену хлебу и труду. Его сила – в этой самой обыкновенности. Читая поэму, мы не следим за подвигами небожителя, а идём по дорогам войны рядом с товарищем, который и устаёт, и мёрзнет, и тоскует по дому. Он говорит простым, иногда даже грубоватым солдатским языком, шутит, даже когда страшно. Эта простота и делает его настоящим. Мы верим ему, потому что он не врет. Его переживания – наши переживания, его смех – наш смех. В этом и есть великая хитрость Твардовского: он показал героя, в которого каждый читатель, каждый бывший солдат или его потомок, может узнать частичку себя или своего отца, деда.
Но если бы Тёркин был только простым и весёлым парнем, он бы не стал народным символом. Его истинная сила раскрывается в испытаниях. Вспомним знаменитую переправу, ледяную ноябрьскую воду реки. Это один из самых страшных и сильных эпизодов поэмы. Смерть рядом, холод парализует тело, враг бьёт по переправляющимся без перерыва. И тут Тёркин не произносит громких речей. Он действует. Он, чудом выбравшийся на свой берег, понимает, что связь с тем берегом, где остались товарищи, потеряна. И что же он? Он, промёрзший, едва живой, сообщает, что «переправа, переправа» возможна, и просит «огоньку» в стакан, чтобы согреться. В этом моменте – вся суть его героизма. Это не героизм ярости, а героизм долга, упрямого, будничного. Он сделал, что мог, выжил – и готов сообщать дальше, потому что его дело ещё не закончено. Его спокойствие под огнём, его шутка в лицо смерти – это и есть высшая форма мужества, доступная пониманию каждого солдата.
А как он сражается один на один со смертью? Глава «Смерть и воин» – это настоящий философский поединок. Раненый Тёркин лежит в снегу, и к нему приходит Сама Смерть, уговаривает сдаться, сулит покой. И солдат, почти уже на краю, находит в себе силы спорить с ней, торговаться. Он не хочет умирать не потому, что боится, а потому что ему ещё «жить и жить охота». Ему нужно дойти до Берлина, увидеть победу, вернуться к своим. Он отвоевывает у Смерти свою жизнь, как отвоёвывал у врага клочок родной земли. Этот диалог показывает, что движет таким, как Тёркин, – не слепое бесстрашие, а огромная, животворящая любовь к жизни. Любовь, которая и есть главное оружие против любого разрушения. Русский солдат у Твардовского сражается не из ненависти, а из любви – к дому, к родным, к своей стране.
Очень важно, что Тёркин – не только боец, но и мастер на все руки. Он и починить может, и на гармони сыграть, и в разведке не пропадёт, и с генералом запросто поговорит. Он – душа своего подразделения. В суровых фронтовых буднях его шутка, его «теркинская» прибаутка были так же необходимы, как паёк и патроны. Он умел поднять дух товарищей, развеять тоску, напомнить, что жизнь, несмотря ни на что, продолжается. В главе «На привале» или «Гармонь» мы видим, как преображаются уставшие солдаты, когда Тёркин берёт в руки инструмент. Музыка, смех, простая человеческая радость становятся актом сопротивления ужасу войны. Это тоже часть солдатского подвига – сохранить в себе человеческое, не ожесточиться, не позволить войне убить в себе душу.
И, конечно, Тёркин – это глубоко национальный характер. В нём есть черты русского сказочного богатыря, который и силён, и умен, и несгибаем духом. Но богатырь он не былинный, а современный. Его поле битвы – не чистое поле, а залитая грязью дорога, разбитая деревня, холодный окоп. Его меч – это винтовка и сапёрная лопата. Его волшебная сила – в стойкости и смекалке. Вспомним, как он один занимает немецкий дзот или как сбивает самолёт из винтовки. Это не фантастика, а та самая «русская смекалка», умение найти выход в безвыходной ситуации, о которой складывались легенды. Твардовский возвёл своего героя на уровень мифа, но мифа живого, понятного, дышащего потом и порохом.
Поэма писалась на протяжении всей войны, и читатели с нетерпением ждали новых глав, как писем с фронта. Почему? Да потому что в Тёркине они видели себя. Каждый солдат, где бы он ни воевал, мог сказать: «Да это же про нас!» Образ Тёркина стал собирательным. Он вобрал в себя и храбрость сибиряка, и упрямство уральца, и печальную мудрость смолянина. Он был своим для всех – от рядового до маршала. В этом и есть его бессмертие. Он не просто литературный герой. Он – голос народа, вставшего на защиту Родины. Его шутки, его грусть, его непоколебимая вера в победу – это и есть правда о войне, та правда, которую не передашь сухими сводками.
Вот таким предстаёт перед нами русский солдат в гениальной поэме Твардовского. Не истуканом из гранита, а живым, уставшим, смеющимся парнем в заношенной гимнастёрке. Солдат, который воюет не за награды, а за то, чтобы «город был целее». Который тоскует по родной деревне и берёзке у крыльца. Который умеет ценить миг покоя на привале и глоток горячего супа. Его сила – в невероятной, простой человечности, которую не смогли сломить ни огонь, ни сталь, ни смерть. Прошли десятилетия, но Василий Тёркин по-прежнему шагает с нами. Он напоминает нам, потомкам, о цене той Победы. Он учит нас, что самое главное в человеке – это умение оставаться человеком в самых нечеловеческих условиях. И пока мы будем читать эти звучные, честные строки, пока будем улыбаться вместе с его шуткой и замирать на ледяной переправе, память о том русском солдате, о том народном подвиге, будет жить. А значит, будет жить и надежда, что самое лучшее в человеке – его стойкость, доброта и любовь к жизни – не сможет победить никакое зло.