Сочинение Город N в комедии «Ревизор»

Вот уже много лет комедия Николая Васильевича Гоголя «Ревизор» не сходит со сцен театров и страниц учебников. Мы смеёмся над глупым Хлестаковым, над трусливыми и жадными чиновниками, над всей этой невероятной путаницей. Но за этим смехом скрывается очень важная и серьёзная мысль автора. Гоголь показал нам не просто смешную историю, а целый мир, застывший в своём пороке и беззаконии. Этим миром является город N, который становится главным героем пьесы, её всеобъемлющим образом. Это не просто место действия, а модель всей России того времени, собранная, как в увеличительном стекле, в одном уездном городишке.
С самого начала пьесы, из разговора городничего с чиновниками, мы понимаем, что город N — это место, где царит полный беспорядок. Каждая сфера городской жизни находится в упадке и запустении. Возьмём, к примеру, суд. Судья Ляпкин-Тяпкин, который больше увлекается охотой, чем законами, считает, что взятки борзыми щенками — это не грех. В его присутствии сторожа развели гусей, а на вешалке для бумаг висит охотничий арапник. Само правосудие здесь превратилось в фарс, в грубую пародию на закон. Люди не могут найти здесь защиты, а судья руководствуется не справедливостью, а своими прихотями.
Не лучше обстоят дела и в богоугодных заведениях, которыми заведует Земляника. В больницах больные «выздоравливают, как мухи». Доктор Гибнер, не понимающий по-русски, не может помочь пациентам, а они ходят в грязных колпаках и больше похожи на кузнецов, чем на больных. Сама мысль о лечении здесь абсурдна. Земляника оправдывается тем, что «человек простой: если умрёт, то и так умрёт; если выздоровеет, то и так выздоровеет». Это равнодушие к человеческой жизни, прикрытое казённой формой, ужасает. Даже милосердие и забота о ближнем в этом городе извращены и поставлены на службу воровству и халатности.
Образование в лице смотрителя училищ Хлопова тоже в плачевном состоянии. Учителя ведут себя странно и пугающе: один строит рожи, другой ломает стулья в порыве чувств. Хлопов запуган и боится всего на свете, особенно — «вольных мыслей». Он не заботится о том, чтобы дать ученикам знания, а лишь о том, чтобы не навлечь на себя гнев начальства. Что могут вынести из таких уроков молодые умы? Только страх, невежество и привычку к лицемерию.
Полиция в городе — это отдельная история. Квартальные Держиморда и Свистунов творят, что хотят. Чтобы «порядок был», они без причины бьют по зубам и чиновников, и обычных граждан. На базаре творится хаос, караульные напиваются, а вместо охраны спокойствия горожан стража сама является источником беспорядка и насилия. Городничий даже советует разбирать заборы по ночам, чтобы создать видимость активной деятельности, когда приедет ревизор. Всё показное, всё для отчёта.
Но почему же этот город такой? Кто в этом виноват? Во главе всего стоит городничий Антон Антонович Сквозник-Дмухановский. Он не злодей в классическом смысле. Он — опытный мошенник, прослуживший тридцать лет и научившийся искусно обманывать и вышестоящее начальство, и своих подчинённых. Он воровал, брал взятки, но при этом искренне считал, что так и должно быть. «Нет человека, который бы за собою не имел каких-нибудь грехов», — говорит он, оправдывая себя и других. Он привык к этой системе, где каждый грабит в меру своего положения. Его паника при известии о ревизоре — это не страх перед наказанием за конкретные преступления, а ужас перед тем, что рухнет весь его привычный, уютный мирок всеобщего воровства и круговой поруки.
И вот в этот гнилой, замшелый мирок, как бомба, падает известие: едет ревизор из Петербурга, инкогнито. Весь город приходит в движение, но это движение комично и бестолково. Чиновники суетятся не для того, чтобы навести порядок, а чтобы скрыть беспорядок. Они замазывают дыры, а не чинят фундамент. Они готовятся не к проверке дел, а к подкупу важного гостя. И когда появляется мелкий петербургский чиновник Хлестаков, пустой и легкомысленный человек, город сам, своим страхом и готовностью верить в худшее, превращает его в грозного ревизора. Это высшая точка абсурда: весь город, от городничего до купцов, пресмыкается перед ничтожеством, потому что их совесть нечиста. Они видят в нём своё страшное будущее — разоблачение и кару, — а потому готовы отдать ему последнее, лишь бы он был на их стороне.
Город N в «Ревизоре» — это мир зеркал и миражей. Здесь всё ненастоящее. Вместо правосудия — видимость, вместо лечения — видимость, вместо образования — видимость. Даже ревизор оказывается мнимым. Жители города живут в постоянном обмане: обманывают начальство, обманывают друг друга, обманывают сами себя. Они так привыкли к этой лжи, что уже не могут отличить её от правды. Хлестаков, врущий с вдохновением и простодушием, становится для них идеальным начальником, потому что его ложь грандиозна и красива. Она соответствует масштабу их собственного страха и корысти.
Знаменитая немая сцена в финале пьесы — это момент истины для города N. Все маски сорваны, всё притворство рухнуло. Чиновники, ещё минуту назад чувствовавшие себя победителями, застыли в ужасе и недоумении. Они узнали, что их одурачили, но это не главное. Главное — они узнали, что настоящий ревизор уже здесь и всё видел. Этот настоящий ревизор — их собственная совесть и грядущее возмездие. Город замер, будто перед лицом высшего суда. Гоголь оставляет их в этом оцепенении, не давая никакой надежды на исправление. Город N обречён на вечное ожидание расплаты, потому что сама его система прогнила насквозь.
Таким образом, город N в комедии «Ревизор» — это не просто географическое место. Это собирательный образ всей российской чиновничьей системы времён Гоголя. Это мир, построенный на страхе, лжи, взяточничестве и полном равнодушии к человеку. Каждый житель этого города, от городничего до слесарши Пошлёпкиной, является частью этого механизма порока. Гоголь, смеясь над ними, плакал о России. Он показал, что беда не в том, что приехал мнимый ревизор, а в том, что для его появления была готова плодородная почва — весь город, живущий по неписаным, но всем понятным законам обмана. И пока эти законы действуют, любой проезжий хвастун может на время стать здесь царём и богом, а настоящая жизнь так и останется где-то за пределами этого заколдованного, мёртвого круга, который с горькой иронией мы называем городом N.