Сочинение Русь и Россия в творчестве А. А. Блока
Россия для русского человека — это не просто страна на карте. Это сложное, живое существо, которое мы чувствуем кожей и сердцем. О её судьбе думали поэты, художники, философы. Среди них Александр Блок занимает особое место. В его стихах Россия предстаёт не в парадном мундире, а в дырявом платке, в вечной дороге, в печальной песне. Его творчество — это долгий и непростой разговор с Родиной, который начался с образа таинственной, древней Руси и закончился трагическим принятием новой, революционной России. Блоковская Русь — это прежде всего загадка. Она пришла к поэту из народных песен, сказок, древних преданий. Это страна дремучих лесов, топких болот, раздольных полей, над которыми несётся тройка. В ранних его стихах, например в цикле «Стихи о Прекрасной Даме», Россия ещё как будто скрыта вуалью. Она — часть той же мистической, прекрасной и непостижимой сущности, что и его идеал Вечной Женственности. В стихах тех лет сквозят образы старой, православной Руси: монастыри, скиты, странники. Это Русь тихая, созерцательная, уходящая корнями в глубокую старину. Поэт слышит её голос в колокольном звоне и в плаче ямщика. Но очень скоро образ Родины у Блока становится более земным, более конкретным и, увы, более печальным. Его Русь — это нищая, пьяная, но бесконечно прекрасная в своей печали страна. Знаменитое стихотворение «Русь» (1906 год) рисует нам именно такой образ. Поэт окутывает её тайной: «Ты и во сне необычайна». Он видит её всю, от края до края: дремучие леса, кочки да болота, гаданья у ведьм, ворожба в хлеву. Это Русь языческая и христианская одновременно, где рядом с молитвой живёт суеверие. Здесь живут «разноликие народы», и над всем этим царит «живая душа» — некрасивая, забитая, но неистребимая. Блок любит эту Русь не за богатство и мощь, а за её дикую, тёмную красоту, за её терпеливую, многострадальную душу. А потом на смену Руси в его стихах всё чаще приходит Россия. И это уже не сказочный образ, а реальная страна, стоящая на пороге страшных потрясений. Цикл «Родина» (1907-1916) — это самая важная, самая выстраданная часть разговора поэта со своей страной. Его Россия — это и «нищая Россия», с серыми избами, и страна безмерных просторов: «О, Русь моя! Жена моя! До боли / Нам ясен долгий путь!». Он называет её женой, связывая с ней свою судьбу неразрывными узами. Это очень личное, почти любовное чувство, где есть и восхищение, и боль, и ревность. В этом цикле есть, пожалуй, самое пронзительное стихотворение Блока о России — «На поле Куликовом». Здесь прошлое и настоящее сливаются в одно. Битва с монголами становится символом вечной борьбы России со всеми угрозами, что над ней нависают. «О, Русь моя! Жена моя!» — этот крик души звучит и здесь. Поэт чувствует себя воином, который стоит «на степном меже» и ждёт «знака» свыше. В этой поэме Россия — это и страна-воин, и страна-жертва, обречённая на вечную битву и вечные страдания. Река Непрядва, туман над ней, щемящая тоска — всё это образы не только 1380 года, но и тревожного предчувствия 1914-1917 годов. Блок видит Россию в движении, в пути. Самый знаменитый её образ — это летящая вперёд тройка из поэмы Гоголя. У Блока она тоже мчится, но куда? В стихотворении «Россия» звучат знаменитые строки: «И невозможное возможно, / Дорога долгая легка». Эта дорога — её исторический путь, полный опасностей и чудес. И поэт, несмотря ни на что, верит в свою страну. Он любит её такую, какая она есть: «Какому хочешь чародею / Отдай разбойную красу!». Он принимает её с грязью, с золотой ленивой иконой в углу, с платками цыганских хоров. Это любовь не слепая, а зрячая. Он видит все язвы, но душа России для него остаётся чистой и нетронутой этой грязью. И вот наступает 1917 год. Революция. Для Блока это был не просто политический переворот. Это был мировой пожар, долгожданная и страшная гроза, которая должна была очистить мир. В его знаменитой поэме «Двенадцать» происходит удивительная и страшная метаморфоза. Старая Россия умирает, её символы — «буржуй», «поп», «барыня в каракуле» — смешаны с грязным снегом. По разбитым улицам идёт новая сила — двенадцать красногвардейцев, грубых, тёмных, готовых на убийство. И они же, эти новые хозяева жизни, несут впереди себя, сквозь вьюгу, невидимый образ Христа. Это самый спорный и загадочный образ у Блока. Что это значит? Для меня, как для читателя, это значит, что Блок, приняв революцию как стихию, как возмездие старому миру, всё равно увидел в её кровавом хаосе искру чего-то святого. Для него Россия даже в этом кровавом угаре оставалась страной, несущей в себе какую-то высшую правду, пусть даже выраженную в таком диком и непонятном виде. Христос впереди двенадцати — это символ надежды, что через мрак и насилие страна всё же выйдет к чему-то светлому и новому. Но сам поэт, судя по его дневникам, был раздавлен тем, во что превратилась его «музыка революции». Его Россия после 1917 года стала для него ледяным кошмаром, в котором он не мог жить. Так изменился образ Родины у Блока. От таинственной, сказочной Руси — к реальной, нищей и прекрасной России, а от неё — к России, охваченной пламенем революции. Его путь — это путь от мечты к суровой правде, а потом и к трагедии. Но через все эти изменения прошла одна главная мысль: любовь к своей стране не зависит от её облика. Любить можно и в богатстве, и в нищете, и в величии, и в унижении. Блок не воспевал военных побед и не писал од государю. Он писал о том, что видел и чувствовал: о тоске русских просторов, о плаче гармоники в деревне, о лихом разгуле и о глубокой вере. Его Россия — это душа народа, сложная, противоречивая, бунтующая и смиренная одновременно. Он сумел услышать её музыку в самом страшном шуме эпохи. Заканчивая это сочинение, я думаю, что сила Блока в том, что он не приукрашивал. Его Родина — живая. Она может быть неудобной, непонятной, вызывать боль, но она своя. И сегодня, читая его стихи, мы узнаём в его Руси и России что-то очень родное и знакомое: эту бескрайность, эту грусть, эту надежду на «невозможное». Блок научил нас тому, что патриотизм — это не гордость за прошлые заслуги, а любовь-боль, любовь-участие, любовь-сопереживание. И пока звучат его строки: «О, Русь моя! Жена моя!..», — мы помним, что у России есть не только история, но и душа, которую так трудно, но так важно понять.