Про царскую семью
Когда Петр Великий скончался в 1725 году, оставив после себя империю, на которую обращали внимание все великие державы Европы, его наследие стало поводом для ожесточенной борьбы, соединяющей власть и кровные узы в сложные узлы интриг. В тени Зимнего дворца росли будущие поколения Романовых, каждый из которых видел свою жизнь то восторгом, то страхом перед неведомым будущим.
Александр Николаевич помнил рассказы матери о безумной роскоши, в которой он родился, и о тени его деда, непреклонного Николая Павловича, чей железный кулак держал империю в ежовых рукавицах. Жизнь во дворце была сопряжена с чувством обязательства и ностальгии по временам, когда двор роскошью не уступал ни Версалю, ни Венеции.
В декабре 1879 года, когда северный ветер был почти несносен, Зимний дворец сиял золотыми лучами света, отраженными от люстр, сотканных из тысяч кристаллов. В это время в залах проходили балетные репетиции, слышались крепкие басы оперных певцов и стоны скрипок. Царская семья, облаченная в грузы соприкосновений власти и суровой общественной политики, пыталась найти минуты простого семейного счастья, хотя Женатые императоры и принцессы были больше фигурами на шахматной доске, чем обычными людьми.
Мария Федоровна часто сидела у окна, наблюдая за прохожими и повозками, затянутыми в морозный туман. Ее мысли устремлялись к мужу, императору Александру III, ко времени их знакомства и нетронутой надежды, сопровождавшей их первые годы правления. Теперь их сердце было обременено долгами и судьбой миллионов подданных.
Будущее все чаще казалось неопределенным, и это чувство распространялось на всех членов царской семьи. Принцессы Александра и Ольга шептали друг другу сказки в своих спальнях, еще не осознав, что их жизнь предопределена не загадочными духами, а политическими борениями и решениями, которое приводят дом к падению и вознесению.
Младший Александр мечтал о плаваниях по Балтийскому морю и открытиях новых земель. Он был полон авантюризма и отваги, черпая силу из романтических романов, которые тайно читал по ночам, укрывшись под горой бархатных пледов. Его юношеская смелость заметно поддерживала дух семьи, заставляя смеяться даже в самые тяжкие моменты.
Теперь, когда дни царствования семьи Романовых сходили на убыль, каждый в дворце чувствовал тяжесть неизвестности, как густой туман, затмевающий великолепные залы. В преломлении жизни двор стряхивал шлейф истории, касавшийся не только самих членов семьи, но и рода их подданных.