Про войну из произведения "А зори здесь тихие"
Война. Это слово тревожило сердца и умы каждого, кто жил в то время. Повседневные заботы сменились снарядами, громами и световыми всполохами. Деревянные дома тихого русского села становились свидетелями трагедий, которые кошмарными картинами вытесняли спокойствие прошлого.
"Четвертый час пополудни. Шум моторов вернулся снова, и над головой затанцевали серые тени бомбардировщиков. Земля дрожала, как в лихорадке, обыденность безвозвратно рухнула.
Васков, комендант местной зенитной батареи, внимательно следивший за небесным фронтом, обхватил руками пулемет. Приборная панель хранила следы его напряженных пальцев. Давно минули те дни, когда обращался к солдатам с улыбкой и подушечкой за ухом. Теперь лицо его стало каменным, а голос звучал металлически.
Рита Осянина, молоденькая девушка с русыми косами, подняла голову к небу, прищурилась от яркого света. В ее глазах светился непоколебимый огонь решимости. Она чувствовала себя частью этой безмерной борьбы, частью чего-то большего, чем простое человеческое существование.
Каждый шаг по измученной земле отдавался в сердце отголосками горя и страдания. Струнные переливы времени казались натянутыми и колючими. Эти женщины - бесстрашные, волевые, с душами, очищенными в пламени войны - шли не по дорожкам, утоптанным мирной жизнью, а по тропам, устланным сажей и кровью.
Федот Евграфыч Васков воспрял духом, огляделся. В угасающих зарях он видел не только конец, а и неизбежное возрождение. Их маленький отряд выковывался не только для победы, но и для обновления жизни, которая, несмотря на все ужасы, все-таки продолжала свое бегство вперед.
Светлый день начинался и заканчивался под тяжелым серым куполом. Всякий раз, когда ухо ловило скрегот, каждая из них напрягалась, готовая к трудному испытанию. В их руках оружие казалось продолжением сущности, их взгляд острым, как лезвие. Воздух тем временем полнился духом сопротивления, неспешных усилий, направленных к великому триумфу.
Заря есть здесь тихие. Лишь на короткий миг, когда с небосвода исчезали последние полосы света, и на их место вступала ночь, можно было ощутить эту тишину. Тишину, в которой каждое сердце отбивало свой, неповторимый ритм. Тишину перед битвой, тишину после ранения, тишину в воспоминаниях и мечтах о будущем. Как это ни парадоксально, но именно в сердцевине хаоса, в центре боли и потерь, тишина становилась укрытием, в котором можно было отыскать свои затерянные мысли и надежды.